Мясной Бор

Понемногу успокаиваясь и не глядя на подскочившего к нему Мехлиса, который пытался прочитать записку, ее командующий держал перед глазами, стал диктовать телеграфистке:

– Войска Второй Ударной армии под командованием генерал-лейтенанта Клыкова прорвали оборону противника в районе поселка Мясной Бор! Участок прорыва расширяется…

«Хорошо, – ответно отстучал аппарат. – Когда Вторая Ударная армия закрепит этот успех, бросайте в наступление кавалеристов Гусева, Тринадцатый корпус. Я очень надеюсь на вас, товарищ Мерецков.

Сталин».

14

Все трое прибыли на фронт в сочельник.

По дороге нервничали – боялись не успеть в часть до Рождества, тогда придется праздновать его в пути. Особенно переживал католик Вилли Земпер. Рождество Христово он считал главным праздником верующего человека, отдавал ему предпочтение даже перед Пасхой. И Земпер только отмахивался, когда Рудольф Пикерт, изучавший теологию в Йенском университете, утешал его, говоря, что крестьянской душе Вилли должна больше нравиться Пасха.

– Твой праздник – Пасха, дорогой Вилли, – разглагольствовал Пикерт в вагоне поезда, идущего в Плескау. – Тебе известно, как возникла идея воскресения Господня, которое отмечается именно весной?

– Как-как, – буркнул Земпер, – очень просто. Христос воскрес и был взят на небо – вот и праздник.

– Но ведь у евреев тоже есть Пасха, – возразил Руди, подмигивая молчуну Гансу Дребберу, не любившему участвовать в подобных разговорах друзей.

Дреббер считал эти споры пустой болтовней, недостойной настоящих немцев.

– Да какая там у них Пасха, – отмахнулся Земпер.

– Не пора ли нам перекусить? – предложил Ганс. – От вашей трепотни у меня аппетит разыгрался.

– Чудесная мысль, Дреббер! – воскликнул Руди Пикерт. – Ты не только лучший пулеметчик, но и самый деловой человек среди нас. Загляни-ка и в мой ранец. Там еще осталась бутылка старого доброго кюммеля.

– Так что ты там твердил про еврейскую Пасху? – спросил Вилли, едва выговаривая набитым ртом слова.

– Она возникла именно как земледельческий праздник, дорогой крестьянин.

Твой, Вилли, праздник. Наши предки, заметив, как возрождается жизнь весной, как прорастает брошенное в землю зерно и деревья вновь покрываются листьями, решили, что их боги так же умирают и воскресают. Эта идея крепко сидела в головах и финикийцев, и греков, и древних египтян, я не говорю уже про иудеев. Скажем, на берегах Нила так же верили в смерть и возрождение Озириса, как мы верим в воскрешение Христа.