Мясной Бор

Так вот, испуганный мозг, буду объяснять тебе популярно, запутывается и посылает сфинктеру ложный сигнал: раскрыться! Тот, стало быть, разжимается и перестает удерживать кал, предоставляя это делать кальсонам. Вот и вся механика, дорогой Земпер.

– Ну и ну, – покрутил головой Вилли, – чего не узнаешь, воюя вместе с такими умниками. И это может с любым случиться?

– В принципе с любым, – ответил Пикерт.

– Только не со мной, – заявил Земпер. – В моем роду не водились засранцы!

– Это легко проверить, – снова подал голос Ганс Дреббер.

 – И заодно сделать приятное для товарищей…

– Ты что придумал, Ганс? – поинтересовался Руди.

– Что бы ты сказал по поводу жареной картошки, Руди?

– Слопал бы котелок, даже если она будет приготовлена на «обезьяньем сале» – маргарине.

– Тогда слушай, Вилли. Ты знаешь сожженный сарай на ничейной земле на нашем правом фланге?

– Знаю, – ответил Земпер. – На прошлой неделе я подстрелил рядом с ним ивана.

– Так вот. Мой земляк из третьей роты, ефрейтор Генрих Блюхер, под большим секретом рассказал, что под сараем сохранился погреб, а в погребе лежит картошка.

Там есть лаз под обрушившуюся кровлю, она упала так, что образовался низкий навес. Проникаешь туда, находишь люк, открываешь его и насыпаешь в ранец картошки. Возвращаешься обратно, и мы устраиваем пир.

– И всего-то? – возмутился Земпер. – Невысоко же ты ценишь солдатскую доблесть фронтового товарища.

– Погоди, – остановил его Дреббер, – не кипятись, Вилли.

Сходить в тот сарай – дело не простое. Генрих Блюхер предупредил меня, что про картошку эту известно русским. И те по ночам наведываются туда…

37

– Значит, вы отрицаете преднамеренность ваших действий?

– Безусловно. Я говорил уже об этом другому товарищу.

– Сотруднику. Наши люди для вас сотрудники Особого отдела, старший лейтенант.

– Понятно. Уже и товарищем не могу вас именовать. А меня вы по званию величаете. Не разжаловали еще?

– Нет, не разжаловали. Вы находитесь под следствием как командир Красной Армии, обвиненный в преднамеренном членовредительстве.

Разжалует вас трибунал, когда вынесет обвинительный приговор.

– Вы уверены, что дойдет до трибунала?

– На войне и не такое бывает.

– Но ведь это же бред какой-то!

– Не скажите. В моей практике всякое случалось.

– А честные люди в вашей практике встречались?

– Оскорбить меня хотите, старший лейтенант? Не стоит. Нутром чую, что вы говорите правду.