Отрок

Мама, все еще улыбаясь, как это было всегда при виде меня, спросила:

– Кто это тебе дал?

– Бабушка из второго подъезда, – ответил я, но решил пока не говорить, за что. Мне хотелось произвести на нее еще большее впечатление своим хорошим и в результате, как выяснилось, доходным поступком.

– А за что ж тебе бабушка дала рубль?

И вот теперь я с гордостью рассказал, что помог бабушке донести банку с помидорами. Банка была очень тяжелая, но я смог, потому что я сильный.

Конечно, я ожидал, что мама меня похвалит – ведь я же сделал хорошее дело и при этом заработал целый рубль! Но лицо мамы почему-то стало хмурым.

– Я не поняла, – сказала мама, – ты бабушке помог или поработал у нее носильщиком?

– Конечно, помог, – сказал я, – банка была тяжелая, а я ее донес.

– Тогда почему ты взял деньги? Когда помогают, денег не берут. Но если ты хочешь работать носильщиком, то стой у ворот и всем объявляй, что за рубль ты готов донести авоськи до дома.

Нет, работать носильщиком я совсем не хотел.

– Сережа, если ты бабушке помог, – продолжала мама, – то должен пойти, вернуть ей этот рубль и при этом извиниться за то, что взял. Иди, – сказала мама.

Я понуро вышел из комнаты и побрел ко второму подъезду. Мне совсем не жалко было рубля, но почему-то стыдно было его возвращать. По пути к подъезду я решил зарыть рубль в песочнице – не для того, чтобы потом его потихоньку взять и что-нибудь купить, а просто, чтобы спрятать, а маме сказать, что отдал.

Так я и сделал, а маме сказал, что вернул рубль.

– Где ты его спрятал? – спросила она.

Я не раз убеждался в прозорливости мамы, моментально распознающей мою ложь, но все-таки продолжал твердить, что рубль я отдал.

– Хорошо, – сказала мама, – пойдем к бабушке и у нее спросим.

Делать было нечего, пришлось сознаваться. Мама сказала:

– Пойдем вместе, найдем этот рубль, и ты при мне отдашь его бабушке.

Пришлось идти. Я быстро нашел злополучный рубль в песочнице и мы подошли к той самой квартире.

Бабушка этот рубль взяла, потрепала меня по голове, чтобы я успокоился. Было видно, что она молча одобрила воспитательную меру моей мамы.

Мы пришли домой. Я уже отошел от слез, мама меня не ругала, а усадила рядом с собой.

– Пойми, когда ты помогаешь людям, ты никогда не должен брать денег, – объяснила она.