Абортарий

Голова идет кругом, как представлю, в каком тесном, инцестном и ошалелом семействе мне давали прикурить.

Нелегко начинать вести дневниковые записи, когда находишься в законопаченной морозильной камере. Когда температурный максимум вокруг – пять градусов ниже Цельсия, а в роли самой горячей точки выступает зад.

Трудно, тяжко, сложно.

Но все нытье, нытье. Я специалист в этом. Поныть и пожаловаться.

По словам Иены, мужчинам всегда было свойственно жаловаться. Свойственно обвинять в неудачах и промахах кого угодно, только не себя.

***

А теперь самая злачная новость.

Со всей серьезностью заявляю – виноват я сам.

Точнее, моя асоциальная наследственность и наличие мутатора.

***

Если вкратце описать мое генеалогическое древо, останавливаясь лишь на ключевых моментах из жизни предков, переживших Великую Бабуинизацию, то выглядит оно следующим образом: парализованного прадеда затрахали до смерти; деду отрезали член, а затем отстрелили башку; отца забили, как мамонта.

Я еще выкрутился сухим из воды. Сижу себе в морозильной камере, прохлаждаюсь, так сказать, на лоне природы. Потчую себя каменными сухариками.

Хитрюга еще тот.

***

Что касается мутатора, то очевидным является следующий факт – ни один другой орган исторически не удостаивался такой опеки и бережного отношения. Самцы согласны были лишиться руки, ноги, почки, согласны отупеть и превратиться в обезьяну – лишь бы мутатор оставался неприкосновенным.

Почему-то самцы упорно считали, что ими должны восторгаться только за то, что у них есть эта самая штука. Заполученная с рождения, большую часть времени она тихо и мирно болталась между ног, но стоило ей пробудиться – все, аврал. Бейте в колокола! Возликуй, мир!

В такие моменты они носились с ней, как малые дети с новой игрушкой, словно это величайшее сокровище во вселенной.

К тому же, в силу особенности строения организма самцы имели две головы. Вполне полноценные, по их суждениям. Но загвоздка заключалась в том, что крови для наполнения и питания сразу двух голов никак не хватало. Потому они наполнялись поочередно.

И, поверьте, туши, той голове, что сверху – перепадало не очень часто.

Часть вторая.