Экспедитор. Наша игра

Потом перешел на пять сорок пять, а это оставил дома.

Легкие шаги… он повернул голову в другую сторону и увидел женщину… лет тридцать, плюс-минус, красивая, высокая. Медного цвета волосы и черные брови… да, это женщина Дьячкова. Как ее… Элина. На ней был черный флисовый костюм, который ей был явно велик, вон даже рукава подшила.

В руке у нее был старомодного вида эмалированный ковшик, голубенький…

– Что… произошло.

Она присела рядом с ним… он, как оказалось, лежал на большом, старом диване, стоявшем посреди недостроенного зала.

– Выпейте… вот так.

Какое-то варево – попало в дыхательные пути, он закашлялся.

– Что-то…

– Бульон. Давайте…

Перхая, он допил до конца.

– Вы… Элина. Да?

– Да.

– А где мы?

– За городом. Саша… он сказал, чтобы я шла сюда, только если идти станет совсем некуда.

Какой-то коттедж.

– Что произошло?

– Я видела… мусоровоз. Ждала вас… я не думала, что они начнут стрелять по вам. Как только начали, я начала стрелять по ним.

Дмитрий смотрел на женщину, которая спасла его от киллеров.

– Кто научил вас стрелять?

– Саша.

…

– Он говорил, первое, что я должна уметь, выстрелить в человека.

Она помолчала и добавила:

– А второе – за счастье всегда надо платить…

За счастье всегда надо платить…

– Я сильно ранен?

– Рука и нога. Пистолетными. Только мясо, кость не задета. Я перевязала. Кевлар спас.

Дмитрий по себя подумал – уже мало кто носил. Расслабились все. А вот как оно получается… хреново.

– Несколько дней.

– Нас здесь не найдут?

– Вряд ли. Это коттедж, отдельно стоящий. Все в пыли, тут давно никого не было.

– Спасибо.

– За что?

– Сейчас бы я в морге лежал.

Элина помолчала, потом сказала:

– Они и ко мне приходили. Один сказал, что из ФСБ. Что надо проехать с ними, что Саша ранен, но он не сказал того, что должен был. А Саша сказал, чтобы я была осторожней и что могут прийти.

…

– Я их убила.

Через неделю майор Безуглый встал на ноги. Рана на ноге еще беспокоила, но если не проходить полосу препятствий, то двигаться можно.

Он практически не показывался на улице – мало ли – и все время думал… мучительно вспоминал, что происходило в последнее время, и пытался понять, что, ко всем чертям, произошло… где он просчитался… как получилось так, что его, опытного опера, попытались просто убить во дворе, как бандита.

Почти сразу пришло страшное осознание – он недооценил этих. Этих – это тех, кто пытается взять власть.