Сколько золота в этих холмах

Это не волнует Люси, которая почти всю жизнь провела в таких городках, – у нее не осталось уязвимых мест к таким вещам. Если что и выворачивает ее наизнанку, как выворачивало, когда умерла ма, так это то, как смотрит Сэм – прищуривается так же злобно, как и ба.

«Ха! – произносит Люси, потому что Сэм будет и дальше молчать. – Ха! Ха!»

Ее смех защищает их, делает частью стаи.

– Сегодня только целые куры, – говорит Джим. – Никаких вам ножек. Приходите завтра.

– Нам не нужно еды, – лжет Люси, уже чувствуя вкус куриного мяса на языке.

Сжимает кулаки опущенных рук. И говорит о своей нужде.

«Я тебе скажу единственные волшебные слова, которые имеют значение», – проговорил ба, когда зашвырнул книги ма в озеро, образовавшееся после грозы. Он ударил Люси, чтобы перестала реветь, но его рука в тот раз была мягка. Чуть ли не нежна. Он присел, уставился на Люси, которая размазывала сопли по лицу. «Тин во[2 - Слушай меня (кит.). Некоторые китайские слова и выражения повторяются, сноска дается только при первом употреблении.

Полный список слов и выражений – в глоссарии в конце книги. (Прим. пер.)], девочка Люси: в долг».

Слова ба и вправду производят волшебное действие. Джим перестает писать.

– Повтори, девочка?

– Два серебряных доллара. В долг.

Голос ба грохочет за ее спиной, в ее ушах. Люси ощущает запах виски. Она не осмеливается повернуться. Она не знает, что будет делать, если почувствует лопаты его ладоней на своих плечах – закричит или засмеется, убежит или обнимет его за шею с такой силой, что не расцепит рук, как бы он ее ни бранил.

Слова ба выкатываются из туннеля ее горла, словно призрак из темноты.

– Вернем в понедельник. Нам и нужна-то всего небольшая отсрочка. Честно.

Она плюет на ладонь и протягивает руку.

Джим наверняка слышал эти слова от шахтеров, от их высохших жен и голодных детей. Бедных, как Люси. Грязных, как Люси. Все знали, что Джим в таких случаях кряхтел, давал то, что у него просили, а в день платежа взимал деньги в двойном размере.

Ведь это он как-то раз после несчастного случая на шахте распродал в долг бинты. Людям, которые были в таком же отчаянии, как сейчас Люси.

Но все они лишь отчасти походили на Люси. Джим изучает ее взглядом. Босая. Пятна пота на плохо сидящем синем платье, сшитом из кусков рубашки ба. Худые руки, растрепанные волосы, похожие на мелкую проволочную сетку. И ее лицо.

– В долг твоему папаше я дам зерно, – говорит Джим.