Принцесса викингов

Ведь ты привез голову этого старого негодяя. Почему ты не показал её мне?

Ролло молчал. Тогда Снэфрид сказала:

– Слышала я, что ты велел передать её рыжей Эмме, племяннице герцога Роберта. Но мой бедный разум отказывается пояснить мне, зачем христианке такой подарок?

Ролло, не отвечая, жевал. Но Снэфрид смотрела на мужа своими разноцветными глазами, и он наконец ответил:

– В Бретани я оказался пленником Гвардмунда и его сына Герика. Там же была и эта рыжая христианка. И она должна убедиться, что я никогда не оставляю не исполненным то, что обещал, и всегда отвечаю новым ударом на поражение.

– Вот как? Тебе так важно было убедить в этом франкскую девку?

Ролло налил в кубок вина и выпил, так и не ответив. Всегда, когда речь заходила о девушке, привезенной им для младшего брата, между ним и Снэфрид возникала напряженность.

Ролло стало легче, лишь когда он увидел, что его жена отвернулась и стала перебирать привезенные им подарки: золотые браслеты, ажурные ожерелья, ткани, меха.

Она ласково гладила связки беличьих шкурок, улыбаясь разглядывала снежно-белых горностаев, дула на пушистый огненно-рыжий мех лисы. Почти такой же яркий, как волосы его пленницы, франкской принцессы…

Ролло повезло, что девушка оказалась у него в плену. Ее звали Эмма, в ней текла кровь правителей Франкии, и благодаря ей Ролло выторговал у ее родича Роберта Нейстрийского мир на весь этот год. Хорошая сделка. И хорошо, что эта малышка живет в его владениях. Ролло улыбнулся, вспомнив ее огненную гриву, выразительные брови и гневный взгляд темно-карих огромных глаз, глубоких и искрящихся.

Неожиданно он вздрогнул, заметив, что Снэфрид наблюдает за ним. Ему порой казалось, что его жена догадывается, что значит для него эта рыжая пленница. Не просто племянница могущественного Роберта Нейстрийского, но и юная дева, которой ему все время словно хотелось что-то доказать. Причем думал он про эту рыжую Эмму куда чаще, чем хотел себе признаваться.

А вот Снэфрид словно видела его насквозь, словно могла своими разномастными глазами увидеть в его душе даже то, что он скрывал от себя.

Люди Ролло часто называли ее Белой Ведьмой, но только между собой, ибо знали, что их конунг гневается, когда слышал это. Для него же было важно лишь то, что Снэфрид любит его и верна ему.

А вот рыжая Эмма… Она как дикий зверек, которого он так и не смог приручить. Хотя она забавляет его. А еще является ценной заложницей.