Осколки легенд. Том 1

Оттуда, как полагается, вылез джинн и выдал ему задание, после чего испарился, гнусно выругавшись напоследок по-восточному.

Задание оказалось из разряда скрытых, да еще и не одиночное, а цепочка. Алдан влетел под домашний арест, скорее всего, проклянув и джина, и пески, и все на свете, поскольку в свободную игру до окончания квеста ему вернуться не светило. Понятное дело, чтобы он не сорвался и вел себя примерно, ему пообещали кучу плюшек в игре, а его банковский счет в реале потяжелел на весьма серьезную сумму.

Клан проходил одиночные задания и инстансы, особенно переживая во время одиночных – кто его знает, сложится, не сложится? И вот, наконец, заветная цель – в предпоследнем задании цепочки была получена карту затерянного города Миррона, который появляется лишь один раз в году, на три часа, после произнесения заветных слов. Причем слова каждый раз меняются, и с той же картой на следующий год ты вряд ли его сможешь найти.

Но кроме того, что город надо найти, его еще и надо за эти три часа взять на меч, что тоже не очень просто – с городом из-под песков появляется и его население, а это не только мастера, чайханщики и караванщики, которые, бесспорно, грудью встанут на защиту родного города, но и городская стража на пару с гвардейцами падишаха.

Именно она, сокровищница, и является наградой квеста. Там, судя по списку наград, должны быть три полных сетовых набора, куча предметов попроще, но не ниже элитных, около полусотни ограненных гномами Сумакийских гор камней для инкрустации оружия (а это очень и очень дорогое удовольствие), и несколько свитков, предположительно числом до семи штук, с высокоуровневыми и крайне редкими заклинаниями.

Вот и сидела на неудобных стульях элита клана, планировала рейд, благо карта самого города была, – хоть квест был скрытый и редкий, но до этого его все-таки кто-то успел пройти, а сделав это, составил карту Миррона.

А поскольку Серая Ведьма исповедовала авторитарную демократию, было приглашено несколько молодых игроков клана, из тех, что подают большие надежды.