Файролл. Разные стороны

После этого ус шустро скрылся в воронке, а я немедленно припустил в сторону развалин, понимая, что некая тварь явно только что меня обнюхала, оценила и явно сочла съедобным и питательным. И судя по размеру уса, все остальное у нее тоже достаточно немаленькое, в том числе и челюсти… Или жвалы, что не лучше.

Сзади громко зашуршало, я обернулся и прибавил ходу – песок на том месте, где меня классифицировали для обеденного меню, взметнулся вверх фонтаном и в опадающих желтых струях были отчетливо видны уже два гигантских хитиновых уса.

– М-мать – хрипнул я, сплевывая на песок – бежать было не слишком комфортно – ноги вязли в песке, особо не разгонишься. Черт, пройти Архипелаг и сдохнуть здесь, в каких-то занюханных песках, у какого-то левого мертвого города…

Сзади раздался треск, как будто огромный жук щелкнул крыльями. Елки-палки, да что ж там такое? Я снова обернулся и остановился, как вкопанный. Всякое я видал, но тут конечно…

У воронки стояло, может, самое забавное создание из тех, кого я видел в Файролле.

Пресловутые усы, совершенно героических размеров, как выяснилось, принадлежали гусенице-сороконожке-переростку, невероятно смешной, сиреневого цвета, да еще и с костяным хвостом, который и издавал треск, перепугавший меня. Размером она была, наверное, с собаку, да еще по ходу была слепой, поскольку сейчас озиралась, пытаясь понять, куда подевалась ее еда и водила своими усищами как локаторами, явно в поисках меня, нахально убежавшего невесть куда.

– И вот что мне с ней делать? – удивленно спросил я у самого себя. Убивать… Ну не знаю, как-то бессмысленно это, уж больно потешный монстр.

Тем временем гусеница-сороконожка определила, куда смылись ее харчи, и определенно засобиралась в погоню, но вот только как-то замешкалась на старте, поднимая то одну, то другую ногу, и наклоняясь к ним своей слепой башкой. Наверно задумалась о том, с какой ноги начинать движение.

– Живи – хмыкнул я и убрал руку с навершия меча – Прибытка с тебя не будет, а просто так я не убиваю.

Минут через десять я добрался до развалин и остановился у того, что когда-то, много веков назад, видимо, было городской стеной. Опершись локтем на какой-то каменный столбик, я озирал остатки домов, обломки минарета, и с особым интересом глобальные развалины в прошлом явно большого здания, скорее всего обиталища местного эмира или падишаха, а то и султана.