Флаг над крепостью

 – Четкого понимания цели ни у кого все равно нет. Авантюристы мы, гонимые жаждой приключений и знаний, в эту канву укрощение дракона вписывается превосходно. Но я с тобой согласен в другом. В том, что прямо сейчас приставать к тому берегу и, радостно гомоня, бежать к горам, чтобы поближе посмотреть на это диво, – верх глупости. Сначала надо попробовать найти местных и как следует их расспросить. Не исключено, что они нам про этих существ что-то да порасскажут.

– Это при условии, что местные здесь есть, – справедливо отметил Джебе.

– Или если они уже не приручили этих тварей, – негромко произнес Майк, стоящий рядом с нами. – Водись у нас такое диво, мы бы или давно их подчинили себе или перебили, что правильнее. На всякий случай. Чтобы потом они не расплодились и нас не сожрали.

Я коротко глянул на юного «атомщика». Молодой, молодой, а ведь все верно сказал.

– Более чем резонная точка зрения, – одобрительно хмыкнул Голд.

– Ух! – подключился к разговору и Азиз, который бинокль выпрашивать у Насти и не подумал, а просто отнял, попутно отвесив пендаль Тору, было возмутившемуся такими его действиями. – Большая ящерица! Зубастая! Интересно – вкусная?

– Тебе только бы жрать, – отойдя на всякий случай к противоположному борту, съязвил Тор. – Можно подумать, ты ее вот так запросто прикончишь до того, как она прибьет тебя.

– Она – живая, – прогудел Азиз. – Все живое можно убить. Иногда трудно убить, но все равно – можно.

– Иногда мне становится грустно оттого, что увидев небывалое и волшебное, мы не восхищаемся этим дивом, а сразу начинаем прикидывать, как его прикончить или обратить себе на пользу, – грустно произнесла Марика. – А то и попросту сожрать. Нравственное уродство какое-то просто.

– Мы все окончательно испорчены цивилизацией сгинувшего мира, – объяснил ей Голд. – Не вытравили ее пока из себя до конца. Человеку всегда хочется докопаться до самой сути явления, а самый простой и короткий путь к данной цели – разрушение.

Дракон тем временем взмыл в небо, отливавшее предвечерней синевой, завис там черной точкой, а после стремительно понесся вниз, к земле.

– Ишь ты, – цокнул языком Жека и протянул бинокль Майку.