Флаг над крепостью

На левом берегу вообще вон одно открытое пространство, до леса на глазок километров десять, кабы не больше, но вот только все это очень и очень относительно.

– За что люблю Голда, так это за то, что он никогда ничего впрямую не скажет, а потом непременно изречет свое любимое: «Но я же предупреждал», – сообщила всем Марика. – Если же тебя интересует мое мнение – то я предпочту первую ночь провести на корабле.

– Поддерживаю, – поднял руку Жека. – А еще дозорных предложу ставить сегодня парами, на тот и на этот борт.

– Павлик, давай, ищи в трюме лот, он где-то у правой стенки в рундуке лежит, – подытожил Одессит. – Чего тянуть? Но только, отцы-командиры, вы имейте в виду – завтра все одно придется на берег сходить. Запас топлива не бесконечен, да и подсушить новые дрова надо.

– Завтра будет завтра, – пожал плечами Жека. – Да и сегодня еще не кончилось.

И вот тут он оказался полностью прав. Этот длинный день, и без того богатый на сюрпризы, под конец одарил нас еще одним – и каким.

Это случилось уже совсем на закате, когда мы, отмахав по реке довольно приличное расстояние все-таки сбавили ход, а Павлик начал колдовать с длинной веревкой, к которой был привязан груз.

Берега, близ которых мы решили остановиться на ночевку, не сильно отличалось от тех, что мы увидели по прибытии, – все те же луга, сосны и горы слева, и, пожалуй, чуть более густой лесок справа.

– Птица, что ли? – приложила руку ко лбу Марика, вглядываясь в сторону гор. – Вон кружит. Здоровая какая!

И правда, далеко от нас, почти на грани видимости, в воздухе кувыркалась какая-то черная точка.

Странно – если это птица, то какого же она размера? Ну если ее заметить можно на таком расстоянии?

Марика взяла свою новую винтовку и глянула в оптический прицел. Ее выражение лица немного изменилось, став удивленным. Врать не буду, такое я видел не каждый день что в том мире, что в этом. Марика прошла огонь и воду, сначала с нами, а после в финансовой империи своего папаши, потому изумить ее хоть чем-то очень и очень сложно.

– Да ладно, – сказала она, отложила винтовку в сторону, бесцеремонно залезла в мой рюкзак, достала оттуда бинокль и приникла к нему. – Твою-то мать!

– Мне прямо интересно стало. – Голду за биноклем лезть не пришлось, поскольку тот висел у него на груди. Он моментально уставился на черную точку, что по-прежнему маячила на горизонте, а секундой позже присвистнул и повторил слова Марики: – Да ладно!

– Да что там такое? – начала сердиться Настя.