Файролл. Гонг и чаша

– Так это правильно – солдату думать особо и не надо, ему воевать надо, – согласился с ним я. – Стало быть, послезавтра народ на Юг отправляется?

Рурк кивнул.

– А еще вопрос, – чуть не забыл я. – Как расторгнуть договор с Вольными ротами? Ну, вот если не судьба? Это вообще возможно?

– Такое редко бывает, – пожал плечами сержант. – Но иногда случается. Если из Диких отрядов, так там выход, конечно, только один – обратно в тюрьму. А вот из Вольных рот выкупиться можно. Дорого, правда, очень… Пятьдесят тысяч золотом единовременно.

Ого! Пятьдесят тысяч золотом! Это, знаете ли, серьезно. Тут надо думать, и думать всерьез.

– Во сколько отправка послезавтра?

– В десять утра. Но еще на заключение контракта полчаса добавь, не меньше.

– Рурк, давай так. Если я надумаю, то буду здесь в девять утра послезавтра. Нет, ну, значит, нет. Договорились?

Полуорк кивнул.

– Сразу видно бывалого воина, – подольстился он. – Подумать-то надо, понятное дело.

Мы обменялись рукопожатием.

Дома меня встретил запах пирогов и еще чего-то вкусного.

– А это чего это? – удивленно спросил я Вику, перемазанную мукой и мечущуюся по кухне.

– Ты забыл? – укоризненно посмотрела она на меня. – Я тебе еще во вторник говорила, что вечером в субботу к нам Эля придет.

Я напряг память, покопался в ней, но так и не вспомнил, говорила она мне это или не говорила. Скорее всего, было что-то такое, но я не придал этому особого значения. Что предлагал ее позвать – помню.

– А, ну да! – хлопнул я себя по лбу, не желая расстраивать Вику. – Точно! Надо же ее встретить, наверное?

– Сама доедет, – безапелляционно заявила Вика. – Не маленькая.

– Как скажешь, дорогая, – согласился я с ней, не желая лезть в ее непростые отношения с сестрой. – Мне чего сделать надо?

– Под руку не лезть и не мешаться. Вон, возьми пару пирожков и вали в комнату.

Такое участие в подготовке меня более чем устраивало, и я с радостью подчинился.

Врать не стану – я не большой любитель всех этих домашних посиделок. Нет, это красиво выглядит в кино, где собирается большая семья, все дружно дуют чай, делятся друг с другом новостями, радостями и горестями, все друг за дружку горой и все такое. Может, такое и было раньше, еще лет двадцать – тридцать назад. Вероятно, и сейчас где-то в патриархальной тиши, в небольших городках такое даже и осталось.