Степлаг. Восстание, которого не было

17)

Нужно отметить также, что эти побеги осуждались судом не только по мере того, какую тяжесть преступления они сами в себе таили (путем насилия, убийства и т.д.), но и целью. Определялось видимо это очень просто. Если бежал просто уголовник, то это и был просто побег, но, а уж если осужденный по политической статье, то разумеется он бежал, по мнению суда, для продолжения своей контрреволюционной деятельности, что бы он не говорил в свое оправдание на суде.

Вот из какого дела мы сделали такой вывод:

«Определение № 22-0109н

«…рассмотрев на заседании от 18 октября 1954 г.

Г.,1929 г. рождения…русский, с низшим образованием, отбывал наказание…

Г. приговором суда признан виновным в том, что, не желая отбывать наказание за ранее совершенное преступление пользуясь сильным бураном, в ночь на 15 февраля 1951 г. прорезал проволочное заграждение – совершил побег…, но принятыми мерами розыска был задержан на ст.

…коллегия считает протест убедительным, приговор суда подлежащим изменению на том основании, что не следствием, ни судом контрреволюционного умысла на побег не установлено, ответственность за побег прямо предусмотрена ст. 82 ч.1 УК РСФСР, а поэтому…

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор…изменить, преступление Г. со ст. 58-14 УК РСФСР переквалифицировать на ст. 82 ч.1 УК РСФСР, меру наказания по ней назначить два года лишения свободы, присоединив ее к не отбытой мере наказания …»

(КГУ ГАКО Фонд 731 опись 1 дело 244 стр.

Заключенные Степлага умело пользовались слабыми сторонами своих надзирателей и их расхлябанностью:

«Начальник надзорслужбы 6-го отделения член ВКП(б) И. отпустил бесконвойнного заключенного в «отпуск», дав ему увольнительную записку. Последний сел на поезд и пытался совершить побег».

(КГУ ГАГЖ Фонд 498 опись 35 дело 2 Из доклада «О повышении бдительности и сохранение государственной тайны» стр.

Такие побеги приносили надзорсоставу кучу хлопот, но некоторые из них и из этой проблемы старались извлечь для себя некоторые развлечения, которые, увы, не всегда хорошо заканчивались:

«17 июля 1949 г. Б. с группой надзирателей был направлен в г. Караганду по делу бежавших заключенных из 2-го лаготделения поселок Спасск. Тов. Б. вместо организации розыска и ликвидации побега занялся пьянкой на квартире у бывшей заключенной гражданки Ж.