Степлаг. Восстание, которого не было

«Восхвалял врагов народа Троцкого и Бухарина, клеветал на советскую действительность…высказывал клеветнические измышления о компартии Чехословакии, и о ее руководителях, восхваляя при этом реакционера Тито… высказывал мысль, что если он вернется на родину в Чехословакию, то напишет книгу «Записки из запрещенного мира».

И далее из других показаний: «пропагандировал неизбежность войны Америки и СССР и поражение в этой войне Советского Союза…восхвалял империалистические государства…высказывал свое желание о том, чтобы территория СССР была оккупирована иностранными войсками»

На этом основании ст.

(Чем-то этот не «гражданин» Г. похож на Солженицына, не правда ли? – Прим. автора)

Дело №4

Заключение старшего следователя П. УКГБ по ходатайству отбывшего наказание С. 1918 г. рождения, русского, сына кулака, «трудпереселенца», образование 8 классов, на момент ареста работал учителем НСШ, а на момент ходатайства работает старшим экономистом.

Из материалов дела установлено, что С. совместно с Н. также работавшим в НСШ были арестованы 25.04.1937 г. за «антисоветскую работу» (так в документе. Прим. автора)

Установлено, что обвиняемые «… с 1935 года между собой вели антисоветские разговоры, возводили клевету на советскую действительность и материальные условия жизни трудящихся…писали стихи антисоветского содержания и распространяли среди своих знакомых…между собой в преступных целях установили письменную связь. С. в своем письме поставил перед Н.

С. и Н. виновными себя признали и об этом написали «собственноручные показания».

«Н. в феврале 1937 г. через знакомую гр-ку А. передал С. свое письмо антисоветского характера, что подтверждается показаниями свидетелей А. и А., которые в то время ознакомились с содержанием этого письма».

Кроме того, три свидетеля показало, что С. и Н. своими действиями «разлагали дисциплину в школе и допускали хулиганские проявления».

На предварительном следствие, утверждает старший следователь П. очные ставки между Н. и С. и свидетелями по делу не проводились, но тем не менее решением тройкой Управления НКВД 9.10.1937 г «были осуждены к 10 годам заключения в концлагерь (так в документе, редкое выражение в такого рода документов Прим. автора) каждый с конфискацией их имущества».

По жалобе С. и Н. 1.08.1941 г.