Ревизор: возвращение в СССР 17

В Варнемюнде в ГДР, конечно, было более ухоженно, но сейчас лето, и это перебивало немецкие виды…

Дети потрясённо наблюдали за тем, как «солнышко ложится спать» в море. Аришка погрузилась в сказку на полном серьёзе. Солнышко ушло спать и ей надо.

– Ну вот и отлично, – улыбнулся я. – С укладыванием спать ребёнка проблем не будет.

Уставшие с дороги мы не стали надолго задерживаться, а народ потянулся в кафешки, которых в этом курортном городке было достаточно. Взял себе на заметку, что, пока не уехал, надо Галию сводить, посидеть где-нибудь вечером вдвоём.

Успели вернуться домой до темноты. Пани Нина с любопытством смотрела на нас, ожидая реакции. И ведь не скажешь ей, что в прошлой жизни я уже был в Паланге в двадцать первом веке, причем тогда она была намного более ухоженной.

– Спасибо вам огромное, что отправили нас на пирс, – сразу сказал я ей, маскируясь под впервые приехавшего. – Это потрясающее зрелище. Вокруг только море и небо.

– Да-аа, – завороженно поддакнул Родька, всё ещё будучи под впечатлением.

– С утра сходим вместе на рынок, – взглянув на бабушку, сказала хозяйка. – Покажу вам, где у нас тут что.

***

Бейрут.

Эль Хажжи опять летели с пересадкой в Сирии. Сначала Фирдаус носил подаренный шурином чемодан, но потом плюнул, выдвинул ручку и повёз. Вещей у него в этот раз было много, два чемодана и большая дорожная сумка через плечо. Даже Диана несла две дорожных сумки поменьше. Всё-таки они переезжали, а не ехали в гости на недельку.

В Бейруте их встретил отец и сразу обратил внимание на манипуляции с багажом, которые проделал сын, едва сняв чемодан с транспортировочной ленты.

Дома ждала мать. Амаль теперь жил во Франции. Нуралайн бросилась обнимать сначала невестку, потом сына. Диана сказала пару приветственных слов на арабском. Нуралайн едва не прослезилась. Встретили родители мужа их очень тепло, соскучились. Но, главное – Диана теперь понимала кое-что из того, что слышала вокруг.

К ним подошла незнакомая девушка. Фирдаус несколько мгновений приглядывался к ней, пока не узнал.

– Думаем отправить Аишу в Париж к Амалю, – объяснил отец.

– Я тебя вот такой помню, – показал от пола два вершка поражённый Фирдаус. – Сколько же тебе уже лет?

– Семнадцать, – засмущалась Аиша.

Диана разглядывала её, а Аиша Диану.