Файролл. Снисхождение. Том 3

Да и потом – с его-то ленью? Или ты всерьез думаешь, что он там на званые вечеринки ходил, вино пил, с юными девушками общался и танцы танцевал? Киф? Да не смеши меня!

– Ну, насчет танцев и званых вечеринок соглашусь, – подумав, сказала Вика. – Что же до юных девушек – а я сама какая? Мне двадцати пяти нет, между прочим!

– Ты своя, – важно ответил Валяев. – А они – чужие. И потом – ты умная, что сейчас встречается крайне редко. Это твое качество разительно выделяет тебя из общей массы. Мне Киф так и говорил как-то: «Никитка, я ее полюбил не только за прекрасные глаза и осиную талию, я ее полюбил за то, что она еще и умница каких поискать».

Я громко закряхтел, вылезая из капсулы, так, чтобы на кухне поняли, что пора заканчивать этот балаган. Все понимаю, но последняя фраза – это уже перебор.

– Ох, – я попрыгал на месте. – Все затекло.

– Не ври, – послышалось из кухни. – Не могло у тебя там ничего затечь.

– А у меня затекло, – из принципа проворчал я. – И еще – игра, между прочим, тоже прихрамывать начала. Новый контент сырой до невозможности, косяк на косяке.

– Вот с этого места поподробней, – из голоса Валяева полностью испарилась игривость. – Вика, извини, но мы немного о профессиональном. Косяки в игре – это мой профиль.

Я помассировал поясницу и побрел на кухню.

– Никогда не подумала бы, что сделаю подобное, но здесь очень уж к месту приходится одна фраза Шелестовой, – сказала Вика, на которой нынче был не ее фривольный халатик, а спортивный костюм. – Она бы сказала, что вам обоим следует уехать на ПМЖ в Канаду.

– Почему в Канаду? – удивился Валяев.

– Потому что вы очень похожи на канадских лесорубов, – с очаровательной улыбкой ответила ему Вика. – В лесу разговариваете о бабах, а с бабами – о лесе.

– Кстати – хорошая страна, – Валяев протянул мне руку для пожатия. – Озера там славные. Как их… Онтарио, Гурон, Эри.

– Гуроны – это вроде индейцы такие были? – засомневался я.

– Одно другому не помеха, – отмахнулся Валяев. – Так что ты там про контент говорил?

– Пойду телевизор смотреть, – Вика поставила передо мной чашку с чаем. – Это мне неинтересно.

– И напрасно, – неожиданно жестко произнес Валяев.