Файролл. Снисхождение. Том 3

Но мой посыл, думаю, присутствующие уловили? И вообще – ты свое письмо помнишь, то, которое на той неделе мне писал? Там было четко сказано – повстречаемся, пообщаемся, покушаем, попляшем и, возможно, достигнем взаимопонимания. А сейчас вопросы ставятся так, будто все уже решено.

– Письмо, – потер лоб ладонью Верорк. – Было.

– Опять Льоду доверил его за себя писать? – прогудел Одинокий Волк из-под забрала. – Говорил же я!

– И, естественно, сам его не прочел, – мурлыкнула Чужестранка.

– Меня заверили в том, что все договоренности вот с этим человеком уже достигнуты! – рявкнул Верорк.

– Говорил я, не надо им заранее платить, – гном недовольно стукнул ручищей по столу. – Как чуял!

– За что платить? – уточнил я. – Если не секрет? За посредничество?

– За него, – подтвердил Румпель. – В полном объеме, мать их так! Не признают предоплат.

– Вот сволочи, – искренне огорчился я. – По идее, в этих деньгах мой процент тоже имеется, пусть и небольшой. Могли бы и перекинуть мне его.

А что, все так. Если первый контракт с «Сороками», тот, что был подписан до моего феерического падения с «кучи-малы» и прекращения боя с троллями, какую-либо дополнительную мзду исключал, то второй, добровольный, ее просто-таки подразумевал. Я не жадный, но тут дело принципа.

– Как есть сволочи, – подтвердил Румпель.

– Этот гном на нашего Ромула похож, – внезапно сказал Назир. – Такой же жадный и хитрый.

– Не знаю о ком речь, но сразу понятно, что о достойном человеке, – огладил бороду гном.

– О нашем казначее, – засмеялся я. – Он за копейку удавится, а за пятак сам кого хочешь удавит.

– Вот я и говорю, – одобрительно крякнул гном. – А вообще нас, таких, как я и он, очень мало осталось. Приблизительно, как уссурийских тигров. Или даже еще меньше.

– Итак, – Верорк разжал кулаки и припечатал ладони к столу.

– Щенка, саблю и барабан, – я активно похлопал ресницами. – И еще пятьсот эскимо.

Чужестранка снова засмеялась.

Верорк погонял желваки на скулах, этого сильного, привыкшего к бою воина явно напрягали мои шуточки. Он был из тех, кто ставит прямые вопросы и предпочитает получать такие же ответы.

– Не надо так грозно кряхтеть, – попросил я его. – Каков вопрос – таков ответ.