Свой остров

Был полностью уничтожен салат оливье и очередная порция селёдки под шубой, испили чаю с печенюхами, купленными накануне в городе. Потом я проверил почту, читал посты в ЖЖ да слегка пошарил в интернете.

Погода на улице скурвилась в очередной раз: начало теплеть, полетел снег и принялся дуть сильный ветер. Ни с того, ни с сего на дачу прикатил шуряк и взялся топить баню. То ли мужику стряхнули кукуху на Рождество, и он забыл, что помылся два дня назад, то ли настолько сильно нагрешил в праздники, что решил кардинально отмыться перед трудовыми буднями.

Впрочем, это было не единственным явлением на нашей улице – через пару часов приехали ещё одни соседи: их по материалу, из которого выстроен домик, мы зовём Кирпичными (привет «Клетчатому» из «Приключений принца Флоризеля»). Это правильные, в отличие от Морозяки, дачники: ближе к середине мая они заселяются в свой домик и безвылазно живут в нём почти до ноября. Оба они пенсионеры, однако мужик подрабатывает в охране сутки через трое. Кирпичные ударно сохатят на своём участке, к зиме затаривают погреб картохой и прочими овощами, а затем сваливают в городскую квартиру. На сей раз соседи тоже повели себя странно: минут сорок они сидели в машине, потом протоптали тропинку к дому, взяли по лопате и расчистили подъезд к навесу, где летом кантуются две их бибики. При этом ни забирать что-то из-под навеса, ни въезжать под него Кирпичные не стали : вернулись к авто, зависли в нём ещё на полчаса, а потом уехали. Чудные дела, господи, творятся на финише новогодних праздников!

Пока народный наблюдатель торчал у окна, марушка сделала приготовления для обеда.

Около двух часов она, как обычно, усыпила нашего мальца, а следом легли подремать и мы. После почти двух лет сельской жизни меня выматывает до изнеможения каждая поездка в город или общение с большим количеством человеков, так что на следующий день я обычно бездельничаю, восстанавливая энергию. Так было и сегодня. Мы проспали часа полтора, почти одновременно открыли глаза, а следом заворочался в своей кроватке наследник. Безо всякого желания я отправился на улицу за углём. По-прежнему мело, мело от всей души и во все перделы, хотя температура с жёсткого минуса выросла практически до нуля. Ебал бы я в рот такие погодные качели, если бы он у них имелся! Набрал четыре ведра угля и вернулся домой, где скво заканчивала жарить магазинные рыбные котлеты из трески со сливочным соусом внутри и делать пюре из египетского картофана.