Файролл. Слово и сталь

Пару раз мы брели в вонючей и мерзкой жиже почти по пояс, тоже удовольствие куда ниже среднего, причем дискомфорт испытывал, пожалуй, что только я. Шуршу было все равно, он знай себе шлепал своими ногами-ластами по воде, Хильда вообще была как бронепоезд – перла напролом, гремя огнем, сверкая блеском стали.

Где-то через полчаса после начала похода по болотам, мы вылезли на какой-то небольшой островок, где я увидел провал в земле, декорированный полуразвалившейся каменной кладкой и ржавыми остатками ворот.

– Хильда, а это чего? – подергал я за рукав дриаду и потыкал пальцем в руины.

– Подземелье какое-то – равнодушно сказала Хильда – Это же Гиртенская трясина, островков тут много и чего только на них нет. Может, здесь когда-то гномы болотное железо добывали, а может колдуны чудачили со своими обрядами. Поди знай.

Зашибись. Какие гномы, какие колдуны? Это же по ходу данж, самый что ни на есть настоящий.

Я открыл карту, чтобы хотя бы на ней поставить отметку какую-нибудь. Ну пропадет же добро, а? И в этом меня постиг облом – карта показывала болото как просто болото, без островков и всего прочего.

Хильда заглянула в провал и внезапно заорала –

– Уууууу!

В ответ из глубины глухо и мрачно прозвучало –

– Ууууу…

– Эхо войны – пояснила Хильда, и пнула ржавый кинжал, валяющийся у каменной кладки – Нет, парень, не колдуны здесь жили, от них такого не остается.

Да какая разница кто там жил… Это данж, нам любое его наполнение сгодится.

– У – отдал последний звук эха провал и добавил – Однако.

– Там кто-то есть – отметила Хильда – Надо же. Охота им в такой сырости жить?

– Госпошшшша права, на болотах чего только не найдешшшшь – подобострастно сказал Шурш.

– Да и холера с ним, кто бы там ни был – махнула рукой Хильда – Давай, зубастый, пошли дальше.

И она прыгнула с бережка в густую болотную жижу, не дожидаясь нас.

Шурш резво соскочил с склизкой полоски болотной земли вслед за дриадой, я еще раз глянул на подземелье, в котором что-то постукивало, и раздавались резкие неприятные звуки, как будто кто-то рвал гитарные струны, и последовал за ними.