Пращуры русичей

Лучезар задумался: «Да, мы чужие, только я могу стать своим, а он нет».

***

– А если конунг мне не поверит?

– Поверит, у него нет выбора.

– Значит, вот что ты задумал.

Лейв отвернулся и принялся теребить бороду.

– Опять хочешь прочесть мои мысли, – Лучезар рассмеялся.

– Не преувеличивай, княжич. Я всегда чувствую, когда ты что-то задумал, но читать мысли не умею.

– Может, именно поэтому ты ещё жив.

Смех оборвался, Лейв вздрогнул и, как-то жалостливо, посмотрел на хозяина.

– Прости и забудь. Так вот, посланник отведёт тебя к Ингельду, а ты убедишь конунга, что мы, по-прежнему, на его стороне. Расскажи ему обо всём, о чём он спросит.

– Но, конунг ждёт тебя.

– Я не собираюсь плясать под чью-то дудку.

– Конунг разгневается.

– Пускай, ты передашь ему карты и назовёшь время, когда мы подадим сигнал. Ты сам варяг, ты знаешь их корабли, вот и расскажи, куда им лучше подойти.

– Конунгу будет мало проку от моих советов.

– Боишься?

– Только глупец лезет в логово зверя без опаски. Если бы ты раскрыл мне свои замыслы.

– Ингельд обещал отдать Новгород мне. Естественно после того, как он будет разграблен. Но в мои планы не входит падение города.

– Тогда для чего ты заключил этот союз. Ты так рискуешь и при этом не веришь в успех.

– Ингельд понимает, что Новгород – крепкий орешек, поэтому и принял мою помощь.

– Не понимаю.

– Гостомысл скоро умрёт. Он болен и долго не протянет. Эта битва покажет, что от такого князя мало проку, а тот, кто спасёт город, завоюет почёт. Люди любят героев.

– Ты призвал варягов, чтобы сыскать славу воина? Но ты же…, – Лейв осёкся. – Так значит эти люди…

– Балты. Все они воины и все готовы служить. Мне!

– Но, почему?

– Деньги! Ингельд заплатил за помощь и пообещал мне княженье, но я не верю ему, – Лучезар улыбался. – На деньги конунга я нанял дружину, которая решит исход битвы.

– Ты взял у конунга деньги и собираешься украсть у него победу.

– Скажи конунгу, что я буду ждать ответа, тогда он не станет тебя удерживать.

Лейв понял, что визит окончен. Он подошёл к столу, поставил светильник и направился к выходу. Дурные предчувствия терзали старого варяга: «Княжич хитёр, и, возможно, у него всё получится. Но, что будет со мной? Когда даны поймут, что их предали…». Прошлое нахлынуло резко и отчётливо.