Файролл. Петля судеб. Том 2

– Сергей Сергеевич сейчас вас в любом случае не может принять, – бесстрастно ответила секретарша. – Он занят, у него телефонные переговоры с… Неважно с кем. Садитесь и ждите.

Я поймал за плечо Вику, которая намылилась было плюхнуться на ближайший стул, и сурово на нее глянул.

– Нам было назначено на десять, – холодно сообщил я секретарше. – То, что Сергей Сергеевич решил по-другому израсходовать то время, которое я согласился потратить на беседу, – это его проблема, а не моя. У вас… Простите, как вас зовут?

– Ольга, – гордо вскинула голову секретарша.

– Так вот, Ольга. У вас есть тридцать секунд на то, чтобы сходить к своему руководителю и поставить его в известность о том, что мы здесь. Если этого не случится, то после уже ему придется идти ко мне, и я по возможности выделю десять-двадцать минут на то, чтобы с ним поговорить. А может, и нет. Как пойдет. Время пошло.

Я демонстративно уставился на циферблат часов. Секретареныш заерзал, данная формулировка вопроса явно рушила те установки, что ей обрисовал шеф.

– Время вышло, – я показал девушке часы. – Что доложить Сергею Сергеевичу, вы знаете. Виктория Евгеньевна, пошли. Нам еще концепт спецвыпуска разрабатывать надо.

– И все-таки откуда ты знал, что так получится? – спросила у меня Вика, когда мы отошли от приемной главного редактора шагов на двадцать.

– Что-то в этом роде, – подтвердил я. – На самом деле было бы здорово ошибиться, поверь. То есть чтобы этот Голицын нас принял. Хрен с ним, пусть он оказался бы тщеславной сволочью, это не беда, но при этом не был бы совсем уж дураком. Не знаю, как тебе, а мне сейчас все эти офисные игры на выживание на фиг не нужны. И так проблем по горло, а тут еще и это. Но, увы, мы имеет то, что имеем. В результате и нас жалко, и еженедельник тоже, может правление нового императора не пережить.

– Думаешь?

– Уверен. Он сейчас осмотрится и начнет «джинсу» на пару с открытой рекламой гнать в промышленных масштабах, причем самого низкого пошиба, закрывая при этом рубрики одну за другой. Или, того хуже, политизирует издание до крайности по принципу «мы за тех, кто больше заплатит».