Шпана

– А вот на месте и узнаешь, так я тебе сразу и вывалил все подробности, – усмехнулся я, отпрыгивая от очередного трезвонящего в спину трамвая. – Разъездились тут, ироды, – беззлобно обругал я ни в чём не виноватое транспортное средство.

Приблизились к искомому «Трактиру Рукомойникова»… я ещё подумал, что ему больше пошло бы название «Трактир Рукожопникова»…

– Чё, сразу туда пойдём? – спросил Лёшка, – половой же взашей выгонит, туда таким мальцам, как мы, дорога заказана.

– Не, внутрь мы наверно погодим идти, – ответил я, – давай подождём, пока он наружу высунется.

Ждать пришлось довольно долго, я уже исходил кругами всю эту улицу Рождественскую в районе трактира и изучил все афиши, наклеенные на круглые тумбы. Уяснил между делом, что на гастроли к нам скоро приезжает Московский художественный театр, ещё без приставки «академический», и давать он собирается тут «Чайку» сочинителя Чехова А.П. Также в начале августе запланированы концерты Шаляпина, а ближе к сентябрю в цирк на Самокатной площади приезжает всемирно знаменитый борец Иван Поддубный.

Наконец-то на порог своего заведения вышел Спиридон, важно отставил ногу в сторону, вытащил кисет с табаком и начал его нюхать, а затем чихать на всю улицу. Пора с ним познакомиться, подумал я, оставил Лёшку возле афишной тумбы и двинулся через проезжую часть прямиком к трактиру.

Подошёл к Спиридону вплотную, на полметра (или сейчас надо говорить пол-аршина что ли?) и посмотрел ему прямо в выкаченные мутные глазки.

– Чё надо? – недовольно спросил он, – иди, куда шёл!

– Не узнаёшь меня, Спиридон? – спокойно спросил я.

– Мало вас тут таких шляется, всех узнавать чтоб, – пробурчал недовольно он, но некие проблески в его мутных глазках я таки заметил.

– Я Саня Потапов из Благовещенки, – продолжил тем временем я, – ты нас с брательником из дому выгнал, когда матушка померла.

Узнал ведь, теперь точно узнал он меня, я это понял по некоторой суетливости, с которой он спрятал руки за спину.

– Ну и чё дальше? – спросил он уже без всякого выражения.

– А дальше, дорогой Спиридон Михалыч, то, что пришла пора долги отдавать.

– Ты чет попутал, малец, долги это у тебя были, ты их мне и отдал, мы теперь в полном расчёте.