Дальше фронта…

Гвардии штабс-капитан Разумовский, прикомандированный к Отряду для прохождения «полковой стажировки», был назначен временно исполняющим обязанности семь месяцев назад, однако же в должности не утвержден, отозван «в распоряжении командования округа». Здесь, судя по всему, тоже все ясно. Необходимый полугодовой «командный ценз» после курсов Стрелковой школы получен, и – «о ревуар». Здесь и сейчас нужно трудно рисковать и «тянуть лямку», так это не для «моментов».

Как ни крути, решение необходимо было принимать… немедленно.

Отсрочка что в час, что в неделю не даст ровно ничего…

– Попрошу без чинов, Игорь Николаевич. Ознакомился пока что только со «штатом». Честно говоря… удивлен. Как же ваши поручики без взводных фельдфебелей справляются? На них же все роты и батареи в армии держатся… Прошу, говорите прямо.

– Плохо справляются, по правде говоря. Да и не только это плохо… В любой роте есть десяток нестроевых: кашевары, кухонные рабочие, носильщики. У нас по штату их нет. Совсем. Даже горнист, как видите, у нас один, а барабанщиков – двое, – Климов взял из медного стаканчика обрезанной орудийной гильзы карандаш и указал им в соответствующую графу, – для приготовления пищи и хозяйственных работ приходится отряжать солдат из учебных отделений.

Это раз. Для несения караульной службы приходится также отряжать учебные отделения. Это два. При сроке обучения в полгода таковые отвлечения впрок не идут…

– Есть, полагаю, и «три», и «четыре»? – по совести говоря, к тому, что Рыков заметил сам, и этого было уже много, с лихвой.

– Как не быть. Поскольку снабжение комплектами формы через интендантство, вместо получения казенных сумм на их построение, в нашем округе только-только начинается, приходится регулярно снимать с учебы портных и сапожников…

– Это три. А в наряд по кухне офицерского собрания отправляете офицерских денщиков…

– Верно. И только по особым случаям. Что еще немаловажно: мы не имеем возможности никого отрядить в вольные работы. Совсем. Или провалим учебную программу окончательно.

На период обучения нижние чины остаются только при своем денежном довольствии в пятьдесят копеек в месяц, то есть почти без денег… Что рвения к учебе им не прибавляет никак…

«Вольные работы» в армии были некоторым образом «притчей во языцех». С одной стороны положение, когда солдатскую команду совершенно официально – до трех месяцев! – отрядить на заработки то ли к помещику в поле, то ли к фабриканту на завод, было хорошо.