Час полнолуния

Он любит появиться в последний момент, как «Deus ex machina», и по полной насладиться делом рук своих. Как это прошлой осенью случилось, когда торопыги из спецслужб его прихватить в доме пытались. Я помню торжествующие нотки превосходства в его голосе.

Но при этом он не псих. Ни разу не псих. И именно это дает мне надежду на то, что я еще покувыркаюсь на манеже. Поступки психопата просчитать и предугадать невозможно, он непредсказуем. А вот действия пусть безжалостного и злобного, но все же рационального человека кое-как спрогнозировать реально.

Так что это на самом деле мой собрат, с которым, правда, совершенно непонятно что делать. Точнее – что от него ждать. Так-то вроде дружелюбен, но это ни разу не показатель. Сейчас дружелюбен, потом по горлу ножом шваркнет. Как-никак я его босса «обул», а это, знаете ли, повод для разборок.

Блин, не понос, так золотуха.

– По первой! – предложил Олег, шустро наполнив рюмки коньяком. К моему удивлению, он предпочел его водке. – Здрав буди, брат-ведьмак!

– Твое здоровье, – согласился я, звякнув своей рюмкой об его.

– Не-не-не, – недовольно нахмурился мой сотрапезник. – Традиции надо соблюдать. Хотя – откуда их тебе знать-то? Но ты все равно не отлынивай!

– Понял-понял, – не стал спорить я. – Здрав будь, брат-ведьмак.

– Другое дело, – одобрил Олег и очень аппетитно выпил, а после начал терзать горячую котлету «по-киевски», из которой немедленно брызнуло на тарелку пряно пахнущее масло. – Закусывай. Сначала еда, потом беседа.

Самое забавное – мне этот человек пришелся по душе. Ощущалось в нем что-то настоящее. Точнее – он был настоящий. Ему, похоже, не было нужды изображать из себя то, чем он не являлся.

Мне бы так. Но пока не получается. Начав ощущать внутреннюю свободу, я пока никак не мог выразить ее внешне. Слишком сросся со своей предыдущей шкуркой.

Умом понимаю – надо бросать все, рвать связи и знакомства, возможно, даже менять квартиру и (о, ужас) номер телефона.

Звучит просто. Превратить слова в дело сложнее. Жалко. Все ж таки не чужая была жизнь, своя. Привык, прикипел. Хоть и ругаюсь постоянно на ту же Маринку, но без нее станет очень грустно жить. А Наташка с Ленкой? А Вавила Силыч?

– У тебя сейчас кровь носом пойдет, – заметил Олег, обсасывая косточку, оставшуюся после котлеты. – Думаешь очень напряженно.