Архипелаг. Шестеро в пиратских широтах

 – Красавчик напрягся, явно этот вопрос был для него принципиален.

Красавчик, что уж тут. Юля всегда и всем говорила, что истинная красота – она в душе, но эта ямочка на подбородке, эти глаза… Себе-то чего врать?

– Хи-и-итренький! – Валяев погрозил пальцем Глену, который заулыбался. – Люблю таких, чтобы с подходцами. Погоди минуту, сейчас все узнаешь. Ну, победители, чемпиены, лучшие из лучших, все готовы воспринимать информацию?

Народ за столом покивал, мол, да, готовы. Валяев кивнул и встал с кресла.

– Итак. Прежде чем мы перейдем к основной, описательной части вашей награды, я должен вас предупредить, что будет она велика, но и достанется кому-то из вас не за просто так. Вам предстоят немалые труды, любезные моему сердцу господа и не менее дорогие ему же дамы.

– Насколько длительными будут эти самые труды? – немедленно уточнил Глен – Это приоритетный для меня вопрос.

– Думаю, что месяца три это дело займет, не меньше, – без валяевского пафоса ответил Глену Костик.

Глен хлопнул ладонью по столу, видимо, отказала ему выдержка.

– Вот же черт, – печально вздохнул он. – И шанс, какой игроку один раз в жизни выпадает и…

– Что-то не так? – Валяев посмотрел на юношу.

– Все не так. – Глен встал с кресла. – В Раттермарке все не так, вы же лучше меня это знаете. Я кланлидер, и у моего детища масса дел и обязательств.

– То есть ты не с нами? – Валяев был предельно точен в задаваемых вопросах.

– Увы, – было видно, что эти слова Глен из себя буквально выдавливает, – я не вправе на три месяца выпасть из игры, да еще и не объясняя своим сокланам, куда я запропал.

– Почему ты думаешь, что не объясняя? – прищурился Валяев.

– Да ладно вам, что я, ребенок, что ли? – грустно рассмеялся Глен.

– Приветствую ваше решение, – с уважением сказал Валяев и протянул Глену руку. – Это достойный шаг и хороший ход. Костик, наш гость что-то говорил о наборе эксклюзивных игровых предметов? Думаю, это будет достаточная компенсация за неиспользованную возможность.

– Я же отказался? – удивился Глен.

– Ну, отказаться можно по-разному. – Валяев похлопал его по плечу. – Вы это сделали красиво и по делу, мы же оставляем за собой право вознаградить вас за достойное поведение. Ну и, как мне думается, вас не надо предупреждать о том, что следует молчать обо всем, что вы услышали здесь?

– Совершенно, – подтвердил Глен. – Я себе не враг.