Огненная звезда и магический меч Рёнгвальда

Тогда он просто прополз на четвереньках несколько шагов, и движение вернуло ему соответствие внутреннего и внешнего тела, совсем недавно полностью разделенных. Шаман знал из опыта, как вернуться в нормальную жизнь. И он вернулся, хотя это было трудно и, наверное, очень больно. И снова, после прогулки на четвереньках, стал садиться и со второй попытки все же сел, хотя взгляд его, как показалось Овсеню, по-прежнему был где-то в другом мире и возвращался позже всего остального.

– Кажется, нам это удалось… – сказал шаман хрипло, и в голосе его присутствовали одновременно и торжество, и обессиленность, и радость, и печаль, и еще много всего-всего, но все это перекрывало звучание счастья.

 – Но я едва-едва спасся… Где Извеча?

– Извеча! – громко позвал Овсень.

Никто не отозвался на зов.

– С ним ничего не случилось? – спросил Смеян.

– Извеча! – повторил зов сотник, и в установившейся после шторма почти неестественной тишине зычный голос его было слышно у всех четырех ладей.

Но опять никто не отозвался.

Подошел, услышав голос сотника, Велемир. Посмотрел вопросительно.

– Извечу кто видел?

– Был в лодке… – сказал десятник, тут же одной рукой ухватился за борт и легко запрыгнул в ладью, несмотря на тяжесть доспеха.

– Извеча где? – спросил уже там.

Из лодки никто не отозвался.

Овсень встал. Встал и Ансгар, подошел, видя обеспокоенность товарищей, и сотник Большака. С трудом, но поднялся на ноги шаман.

– Ищите Извечу… Мешок его ищите… – потребовал Смеян. – Быстрее…

В негромком голосе шамана было сразу столько всего, что его словам подчинились.

Забегали вокруг ладей вои. Все четыре ладьи перерыли. Но не нашли ни Извечу, ни его большого всем известного мешка, ни причального Хлюпа.

– Что с ними могло случиться? – спросил сам себя Овсень. – Куда они могли забиться? Я им специально запретил из лодки выходить, чтобы ветром не унесло. Смеян, почему ты про Извечу спросил?..

– Извечу беречь надо… – просто ответил шаман, не вдаваясь в подробности. – В нем спасение наше общее…

Лагерь успокоился не сразу, да и вообще он не успокоился, просто люди бегать перестали, убедившись, что это бесполезно.

Домовушку с причальным найти так и не удалось ни в ладьях, ни в ближайших скалах, ни в округе. Не удалось найти и мешок Извечи, который тот никогда не оставлял надолго без пригляда.

Овсень сел, Ансгар сел, Большака с Велемиром сели, только шаман остался стоять с закрытыми глазами.

– И что все это значит? – спросил Овсень.