Долгая дорога домой

Старший инспектор порылся в кармане, достал оттуда чистый пакет, прикинул по размеру – пойдет.

– Я достаю пистолет и кладу его в пакет, мои руки в перчатках и отпечатков пальцев я не оставляю[16 - Это может показаться смешным, такого нет даже в нашем мире, но в этом к соблюдению требований закона подходят очень жестко.].

Пан Гмежек вывернул пакет и ловко положил в него пистолет, как бы надев пакет на оружие. Потом он выложил пистолет в пакете на стол, вырвал из блокнота чистую страничку.

– Вы можете сказать, что это за пистолет?

– «Орел», табельный, – казак наклонился над ним.

– Не трогайте!

Казак отдернул руку.

Старший инспектор написал на бумажке «пистолет, предположительно марки «Орел», изъятый...» – он посмотрел на часы – «... в одиннадцать – двадцать восемь по варшавскому времени в кабинете номер двести семнадцать здания Висленского военного округа во втором сверху ящике письменного стола мною, старшим инспектором сыскной полиции Варшавы Брониславом Гмежеком в присутствии и на глазах понятых Рышарда Пшевоньского и Алексея Подгороднего, в чем вышепоименованные расписались».

– Найденный пистолет изъят со всеми должными формальностями и помещен в чистый пакет для улик.

Но больше ничего найти не удалось.

* * *

Когда закончился обыск все трое – старший инспектор, казак и майор Пшевоньский – спустились вниз, на первый этаж здания. Там уже закончили строительство разборной баррикады, теперь строившие ее дежурные офицеры занимались другими этажами, перекрывая и их, уже капитально...

– Где журнал, в котором отмечается передача ключей, пан майор.

– А вот он. Туточки...

Узнать имя убийцы старший инспектор не успел – хотя он был в нескольких секундах от одного из самых блестящих раскрытий в своей жизни, возможно, даже самого важного. Одно из стоящих на улице авто вдруг взорвалось, в миллионную долю секунды превратившись в сгусток огня с температурой в несколько тысяч градусов.