Алеманида. Противостояние

Протей не решился отправить лазутчиков на поиски провианта и скомандовал идти в лес. Прокл до последнего бросал взгляд на хижину и осматривался, словно боялся преследования мученицы.

Гоплиты долго блуждали по лесу, прежде чем вышли на большую дорогу. Перед выходом на тракт они очутились у развилки, где обнаружили римскую аквилу[13 - Aquila – орел, копия легионного штандарта, иногда устанавливаемая на границах провинций.] и табличку с надписью на разных языках. Арелатский гарнизон имени Гая Юлия Германика находился в половине лиги.

Прокл был прав, когда говорил, что они бродят кругами.

Деревня, которую они посетили, называлась Нартаст. Они отошли от неё на шесть миль.

II

Тем временем галло-алеманнский альянс наращивал силы. Харольд предположил, что после первой осады гарнизона Хлора римляне попробуют напасть на деревни Арелата, дабы вернуть их в свои владения. Поэтому Аттал выдворил из гарнизона всех, кто не относился к грядущей войне. Он не тронул лишь семьи приближённых, позволив им самим распоряжаться судьбами детей и жён.

Агарес считал, что цитадель Германика укреплена лучше Арелата, посему оставил Сатэ и Анаит в крепости. Перс опасался, что деревни Серой лиги первыми попадут в лапы римлян.

Анаит была занята насущными проблемами. Она не вспоминала об Ульрихе до тех пор, пока не встретила осунувшегося мальчика возле крепостных ворот. От его жалкого вида её сердце ёкнуло. Анаит накормила сироту и отыскала ему сносную одежду.

Первое время Ульрих находился в подавленном состоянии.

Девушка долго не понимала почему, пока мальчик наконец не выдержал и не рассказал всё. Оказалось, что заслуги в том, что он успешно заманил римлян в ловушку, приписали нетопырям. Мальчик долго злился, но смирился с поражением, ведь такие враги ему пока были не по зубам.

Анаит же расцветала с каждой новой луной. Она отдалялась от Ульриха, и только мнимый долг, который она сама себе и придумала, заставлял её проводить с ним время. К тому же все подруги Анаит уехали в защищённый Арелат, и теперь досуг девушки скрашивал только юнец с непослушными волосами.

Ульрих с двойным усердием принялся обхаживать Анаит. Однажды девушка с пренебрежением сказала, что даже Эмрес не сумел бы привести римлян в галльский стан. Ульрих окончательно повеселел и убедил себя, что всё же нужен девушке. Его настойчивость росла.

В день празднования победы над легионерами в массильском лесу Анаит сидела вместе с Ульрихом за глинобитной стеной.