Алеманида. Противостояние

– Скажу одно – это не римляне, – покачал Протей головой. – Да, они и изнасиловать горазды, но такое не делали нигде и никогда.

– Прям нигде и никогда? – ухмыльнулся Кемаль и перевёл взгляд с Протея на одну из хижин. – В доме кто-то есть.

Дом, на который указал пун, стоял возле сломанного забора, за которым начинался лес. Эфиальт медленно подобрался к двери и приложил к ней ухо. Этот дом выделялся среди прочих – он выглядел нетронутым. Его стены не горели, на карнизе не висели трупы жильцов, рядом не лежали тела.

На крыше дома сидел огромный филин, который сверлил путников взглядом и ухал. Протей бросил в него камень: тот даже не шелохнулся.

– Словно стережёт дом, – пробормотал Стиракс. – Что стоим? Неужели вам неинтересно войти внутрь?

– Может, там есть выжившие? – предположил Прокл.

– Если и есть, буду рад получить от них кусок хлеба, – сказал Протей.

– Уверен, они сами будут не против куска хлеба, – процедил Прокл.

– Предупреждаю сразу: никакой милостыни, – предостерег фракиец. – Всех уцелевших оставляем. Нам не по карману лишний рот. К тому же мы не знаем, кто эти люди. Если они здесь есть.

Анион отодвинул Эфиальта и с размаху въехал плечом в дверь. Она слетела с петель. Перед галлом стоял испуганный мужчина с мечом в руках.

– Я думал, она была закрыта, – оправдался Анион.

– Мы не причиним вам зла, клянусь Хорсом, – Протей вставил меч в ножны и вытянул руки вперёд.

Мужчина кивнул и крепче сжал рукоять меча. Гоплиты медленно шли к проходу, мужчина отступал всё дальше в коридор. Он боялся нападать, да и бойцы не хотели с ним связываться. Шаг за шагом они углублялись в хижину. Мужчина прихватил со стола ещё и нож. Он забился в угол, с опаской разглядывая пришельцев.

Гоплиты прошлись по комнатам в поисках чего-то необычного, но обнаружили только богатое убранство.

В соседней комнате фракиец нашёл под столом девочку. Она удивленно хлопала ресницами. Фракиец попытался достать её, однако получил враждебный отказ: девочка ударила его по руке и забралась дальше под стол. Протей засмеялся. Он ненавидел, когда его помощь отвергали, да только в этот раз ситуация его порядком развеселила.