Алеманида. Противостояние

– Братцы, да здесь золота на три жизни хватит! Чем я заслужил такие почести?

– Приданое твоим дочерям. Только ты не суженых им ищи, а спрячь деньги в надежном месте, – сказал Марвин.

– Если выживешь, то после разборок с Атталом римляне вам покоя не дадут, – добавил Бельфор. – Лишнее золотишко придётся как нельзя кстати.

Пастух сердечно поблагодарил пришельцев, и те двинулись прочь.

– Как ты расщедрился, – сказал Бельфор.

– Подрезал кошелек у того огромного галла. У меня в последнее время деньжат не так густо, чтобы другим давать.

– А ты еще тот шутник, – Бельфор прыснул.

– Что скажешь?

– Старик мог солгать. Друида мы не видели, римлян тоже. Хороша сказка за мешок аурелиев.

– А если не солгал?

– Тогда это следопыты из ланциариев. Помнишь, в Артура тоже метнули нож? Римляне так не бьются: это непрактично, не по канону. Нужно поговорить с Кемнеби. Он с радостью даст наводку.

– Поразить с отскока, – недоумевал Марвин. – За алтарём кромешная тьма. К тому же нужно знать, куда побежит беглец. Тот парень не солдат, он – пророк.

Бельфор кивнул. Он не хотел мириться с мыслью, что по Галлии бродят такие умельцы. Бельфор нащупал дротик и убедился, что освоил только броски на небольшие расстояния.

– Что с манускриптом?

– Ничего. Мы сели в лужу.

– Что скажем Калвагу?

– Пока нечего говорить. Пойдём дальше, будем искать след.

***

Бельфор попрощался с Марвином и пешим ходом добрался до бурга, отстроенного Харольдом возле крепости Германика, надеясь в своих размышлениях обнаружить зацепки.

По всему бургу установили огромные походные шатры, наподобие тех, что были у патрицианской знати или римских всадников. Повсюду слышалась речь на разных языках и наречиях. На зов конунга откликнулись даже некоторые племена гуннов. Бельфор заметил здоровяка с белым лицом и рыжей бородой, заплетённой в косу.

Гарнизон Германика стал пропускным пунктом к южным регионам. Каждый день к бургу стекались сотни солдат, отвечая на священный призыв Аттала.

Конунг развязывал узел войны, на что соперник отвечал безразличием. Пропретор только поменял легатов, думая, что более опытный военачальник задержит варваров на пути к гарнизону.