Алеманида. Грёзы о войне

Кемнеби налетел на Валента и успешно оттеснил его к столбу. Фракиец запнулся и нелепо упал. На лице Кемнеби проступила злорадная ухмылка и желание приструнить наконец человека, который всю жизнь над ним потешался. Но Валент отразил пару детских ударов египтянина, прокатился по песку и поднялся на ноги. В четыре взмаха он лишил Кемнеби оружия и направил меч тому в лоб. Египтянин более не улыбался.

Валент оставил меч и отправился под навес. Анион держался за рану, Эфиальт одобрительно кивал и переминался с ноги на ноги, забыв о мнимой хромоте.

Наставнику не хотелось назначать Валента командиром отряда, но все прекрасно видели результат. Судя по лицам остальных, они придерживались подобного мнения.

Валент и сам не ожидал подобного исхода. В душе крепло ощущение ненастоящей победы, ведь Эфиальт бился не в полную силу. Но он недолго думал об этом, быстро придя к выводу, что нет на свете фехтовальщика сильнее его.

Гордыня и самомнение окончательно ослепили Валента. Он уже не сравнивал свою персону с Гераклом и Ахиллом, а с легкой руки поставил себя в один ряд с Аресом.

III

Прокл со Стираксом бродили по рынку в поисках куска козлятины. Возле храма Дианы их настиг посыльный пропретора – Кастул. Прокл неоднократно слышал от Кустодиана о причудах хромого центуриона. В представлении грека лазутчик Домициана являлся соратником самого Гермеса, однако в реальности ищейке недоставало скорости, ловкости и, по всей видимости, мозгов.

Голову Кастула увенчивала проплешина, водянистые глазки нервно рыскали по тунике Прокла, а вид волосатой бородавки на шее запечатлевался в памяти на веки вечные. Несмотря на жаркий день, старик оделся в черную хламиду[126 - Хлами?да, хлами?с (др.-греч. ??????) – у древних греков мужская верхняя одежда, изготовлявшаяся из шерстяной ткани и отличавшаяся от прямоугольного гиматия меньшими размерами и покроем.] с просторным куколем[127 - Куколь, кукулюс – капюшон.

Домициан использовал его в качестве личного вередария и изредка поручал наблюдение за странными личностями. Кастул же мнил себя разведчиком, коим некогда являлся в легионе. Он отличался трусоватым нравом и излишней осмотрительностью, а неожиданные смелые решения принимал не в то время и не том месте.

Кастул избегал разговоров с настоящими наёмниками, ибо в их глазах боялся выглядеть глупцом.