Распни Его

 – В Петербурге произошли серьезные беспорядки. Войска должны были стрелять в разных местах города. Было много убитых и раненых. Господи, как БОЛЬНО И ТЯЖЕЛО»…

Сердце Государя было полно скорби. Он отверг все проекты, которые ему предлагали, и решил лично переговорить с представителями рабочих, как говорит отец с провинившимися детьми. Он им сказал:

«Приглашая вас идти подавать мне прошение о нуждах ваших, ИЗМЕННИКИ поднимали вас на бунт против меня и моего правительства… Стачки и мятежные сборища только возбуждают безработную толпу к таким беспорядкам, которые всегда заставляли и будут заставлять власти прибегать к военной силе, а это неизбежно вызывает и невинные жертвы.

Знаю, что нелегка жизнь рабочего. Многое надо улучшить и упорядочить, но имейте терпение. Вы сами по совести понимаете, что следует считаться с условиями нашей промышленности»…

Революция привела к преждевременному миру накануне нашей победы.

«О, если бы Бог даровал нам победу, – писало „Новое время“. – Как бы Русь воспрянула, как отлетел бы от нее весь дым и чад, все это удушье, бестолковщина и безначалие»…

«И неужели хоть на полгода времени нельзя вдохнуть в интеллигенцию России чувства патриотизма?..» – с горьким чувством заметил Куропаткин.

Революция привела Россию к Манифесту 17 октября, коим были дарованы политические свободы и учреждена Государственная дума.

«Милая моя мама, – писал Государь Императрице Марии Федоровне после подписания Манифеста. – Сколько я перемучился, ты себе и представить не можешь. Я не мог телеграммой объяснить тебе все обстоятельства, приведшие меня к этому страшному решению, которое я, тем не менее, принял совершенно сознательно… Ни на кого я не мог опереться… Единственное утешение – это надежда, что такова воля Божия, что это тяжелое решение выведет дорогую Россию из того невыносимого хаотического состояния, в каком она находится почти год… Мы находимся в полной революции, при дезорганизации всего управления страною.