Атланты

– Хорошо, иди, я сейчас, – распорядился Э-Клерк, растягиваясь на своей постели, если так можно назвать то, где он отдыхал..

Август кивнул головой и вышел. Основной полежал еще минуты две, а затем, резко встряхнув головой, поднялся и встал.

– Да, трудный денек, – выговорил он, – но ничего, проживем и этот, – и   Э-Клерк  двинулся к своему умывальнику, располагающемуся рядом в  соседнем отсеке.

– Командир, все готово к работе, – доложил бортинженер, находящийся  у своего рабочего пульта.

– Хорошо, – ответил Э-Клерк, – давайте, подходите к месту первого испытания.

Звездолет немного накренился влево и ушел в сторону точки, намеченной  на параметрической доске. Спустя несколько минут он уже был на месте.

– Ну что. С богом, как говорят, – улыбнулся Основной, вспоминая давно  забытые ими  слова, но все же остававшиеся, как  какая-то традиционная  уверенность в своей  правоте.

– Пуск  системы аэродинамического взлета, -

четко  прозвучала команда.

– Есть, пуск системы аэродинамического взлета, – повторил голос бортинженера.

– Ввести  данные в   радиопеленговую сеть.

– Есть, ввести данные в радиопеленговую сеть, – сухо отозвался радист.

– Ввести диоптрическую единицу нормирования подачи траектории полета  пусковой  установки

– Есть, ввести диоптрическую единицу ПУ, – отвечал голос пилота.

– Слабое торможение пусковых механизмов.

– Есть, слабое торможение  ПМ.

– Взвинчивание генератора до максимума напряжения…

Команды звучали одна за другой, отображаясь на действиях и лицах тех, кто в них принимал  самое живое участие.

Льды вздрогнули и обрушились сами  на себя. Взрыв продержался несколько  минут. Наконец, все стихло и улеглось. На месте образовалась огромная зияющая дыра, в которую стекала мутноватая жидкость.

– Ну, что ж, начало положено, – сухо сказал командир, – будем продолжать.

И они продолжили. Можно было бы сравнить этот процесс с обычной  вспашкой  какого-то участка поверхности с той лишь разницей, что  вместо орудия  пахоты использовалось оружие теплового взрыва,  а вместо поверхности – гладь льдов и часть занимаемой парной территории деревьев и кустов.

Все поднималось вверх и исчезало в огромной по своему масштабу проделанной дыре. Но это никого не смущало.