Вот так вот, Сэм

Спустя несколько секунд он достал из-под себя свой бумажник, слегка улыбнулся, убрал его в карман брюк и вновь обратился к всё также плачущей красавице. – Ну же, Розалина, не печальтесь.

Все попытки приободрить девушку оставались тщетными. Более того, плач усугублялся и постепенно начал сопровождаться весьма не тихим хныканьем.

– Я… я сорвалась. Вы понимаете?! Сор-ва-лась! Я надеялась, что смогу держать себя в руках. Пожалуйста, не трогайте меня сейчас! Мне надо успокоиться… Пожалуйста, – с молящим видом, попросила девушка.

Сэм, не вымолвив более ни слова, встал и вышел из купе. Свернув налево и пройдя несколько шагов, он вошёл в тамбур, в котором, по обычаю, находился Джозеф. Тот, в свою очередь, приветливо улыбнулся и моментально поинтересовался:

– Ну как там? Извинили вас?

– Та извинить-то извинили. Вот только больно странная она девушка, я в этом убеждаюсь всё больше и больше.

– Красивая обложка, в основном, ну, не в основном, но зачастую, перекрывает не очень красивое содержимое.

Думаю, это не очень-то и удивительно, что вы сочли её странной. Вам ещё предоставлен шанс узнать её получше, время ведь есть.

– Ох, Джозеф, время есть, да. Но… но сумею ли я выдержать всё это? И вообще, нужно ли мне это?

– Сумеете. Если хотите, когда вас что-то начнёт сильно беспокоить, вы можете обратиться ко мне. Вы знаете, в каком купе меня искать. Постучите в дверь четыре раза – тук-тук, тук-тук – и я выйду к вам.

– Что вы! Зачем вам это надо?

– Я ведь заядлый курильщик.

Мне всё равно это будет необходимо. Да и помочь хорошему человеку, хотя бы чем-нибудь… почему бы и нет? – искренне улыбаясь, сказал Джозеф.

– Ну, хорошо. Если что, я постучу. Хоть бы не случалось больше этих «если что»… – с надеждой в грустном голосе проговорил писатель.

Сэм побрёл в купе. Отворив дверь, он застал немного будоражащую картину: Розалина сидела, глядела в пустоту, при этом одна её рука нервно то сжимала, то разжимала чашечку своего колена, а вторая рука царапала ногтями поверхность полки, всё время дрожа.

Мужчина мигом подскочил к девушке, взял её обе руки в свою одну, второй приобнял, тем самым, приободряя.

Они просидели в таком положении около пяти минут, не говоря ни слова и совсем еле дыша, словно боялись чересчур громким дыханием спугнуть друг друга или ещё чего хуже.

– Я не могу, простите. Мне нужно выйти, – Розалина прервала молчание, убрала от себя руки Сэма и быстро вышла из купе.