Иуды России

По убеждению других, Курбский – личность умная и образованная, честный и искренний человек, всегда стоявший на стороне добра и правды. Его называют первым русским диссидентом (Википедия).

Во время Смуты

Предатели расплодились и во время Смуты. Но часть обвинений были ложными. В частности, опала бояр Романовых при Борисе Годунове. Это была банальная месть за то, что они были против избрания царём боярина, не принадлежавшего к роду Рюриковичей. Действия Бориса Годунова вписывались в логику того времени. Новый царь устранял конкурентов, расчищал путь к трону для своего сына Фёдора.

«Дело Романовых» началось с доноса казначея Бартенёва, служившего во дворе у боярина Александра Никитича Романова. Он якобы обнаружил в доме мешки с «волшебными» кореньями, с помощью которых Романовы хотели «извести» государя (Российский государственный архив древних актов – РГАДА).

Сегодня это обвинение кажется абсурдным, но тогда многие верили. Бартенёв, как уверяли Романовы, оговорил их по указке Семёна Годунова, которого якобы направлял царь Борис.

Но их объяснения тогда никто не принял во внимание. Прежде всего, Боярская дума, которая активно это абсурдное обвинение поддерживала.

Заодно судили и князя Бориса Черкасского. Его пытали. Под следствие попал весь клан Романовых, в том числе и их родственники по женской линии. Никаких других доказательств заговора против царя, кроме уже упомянутых мешков с кореньями, не нашли, но и этого было достаточно, чтобы гонениям подвергнуть всех Романовых – братьев Федора, Александра, Василия, Михаила и Ивана Никитичей и дочерей Никиты Романовича – Евфимию Сицкую и Марфу Черкасскую со своими семьями.

Фёдора Романова (будущего патриарха Филарета) заставили принять постриг и разлучили с женой и детьми, отправив на Двину, в Антониев-Сийский монастырь. Александра Романова Борис Годунов сослал в Усолье, где тот и погиб. Погибли в Ныробе и Пелыме Михаил и Василий Никитичи. Помиловали только Ивана. Умер в ссылке на Белозере и князь Борис Черкасский. Другие близкие родственному кругу Романовых князья Сицкие, Шестуновы, Шереметевы, Долматовы-Карповы были наказаны не так сурово.

Французский наёмник Жак Маржерет, находившийся с 1600 года на й службе, так писал о царе Борисе: «Его считали очень милосердным государем, так как за время своего правления до прихода Дмитрия в Россию он не казнил публично и десяти человек, кроме каких-то воров, которых собралось числом до пятисот, и многие из них, взятые под стражу, были повешены.