Запредельные Силы

У него сегодня было достаточно сил, чтобы немного изменить траекторию движения легковушки.

Пару секунд спустя дымящийся капот детища отечественного автопрома уже подпирал полицейский автомобиль. Пока Сергейцев отвлекся на шум, троицы и след простыл – в мгновение ока собралась толпа, которая скрыла их от следователя.

– Вот это везение, – сказал Антон, когда они оказались рядом с домом, – просто невероятное.

– Настолько невероятное, что это и не везение вовсе, – ответил Филимонов. – Это ловкость рук и никакого мошенничества.

И прежде, чем Антон успел открыть рот, чтобы задать еще один вопрос, его вежливо подтолкнули к дому.

– Сейчас твоя главная задача – найти камень. Если этого не сделать, все будет впустую.

Они вошли в скромный старик домик. Антон начал копошиться в вещах.

– Кажется, вам не очень везет со знакомствами – начал он. – Чернов вас не слишком любит, а теперь еще и этот полицейский на улице.

– Благими намерениями, сам понимаешь, – ответил Александр.

– Да понимаю, конечно. Пусть это только лишь выражение, но… – он продолжал раскидывать вещи, пытаясь найти камень.

– Прекрасно, – улыбнулся мужчина.

– Что прекрасного?

– То, что есть еще люди, которые не признают эту новизну. Рай и ад. Наказания за грехи. Религии. Хотя бы это.

– А. Ну да, я не верю в это.

– Я бы на твоем месте не верил ни во что, – сказал Александр, присаживаясь на скрипящую кровать. – Все, что сейчас есть в вашей культуре – все слишком новое.

– Новое? – переспросил Антон, повернувшись от стула с комом вещей в руках.

– Ну или обновленное. Вот почему, по-твоему, исходной культурной точкой твоей страны является Византия, она же Греция, в которой есть мифы о минотаврах, а у вас ничего такого нет?

– Религия вытеснила?

– Отчасти. Но холодно.

– Ммм, – юноша по-прежнему стоял на месте и Александр поторопил его, – может быть, потому что это не наше?

– Не ваше?

– Ну, изначально не наше.

– Таак, теплее.

– В смысле, что греки из поколения в поколение верили, что существуют всевозможные, эээ, зверолюди, назовем их так. И каждое следующее поколение это все впитывало. А у нас был свой набор легенд. Про леших и водяного. Про Бабу-Ягу и Кащея. И греческое все не очень прижилось.

– Хм, – Филимонов покачал головой. – Интересная мысль. Более правильная, чем те, что мне доводилось слышать раньше. Скажем так, истину у вас уничтожили во имя власти.