Джакомо Казанова. Величайший любовник или авантюрист-неудачник?

Гуляя, он вдруг признался:

– Ты первая женщина, которую я люблю.

– В самом деле? – засмеялась красавица Лукреция.

– О, какое же это будет несчастье, если ты меня покинешь!

Они сели на траву, и она поцелуями стала стирать его слезы. Он спросил, не подозревает ли кто об их любви? Глупый муж, конечно же, ни о чем не догадывается, а вот Анжелика знает все с тех пор, как постель развалилась под ними, но она жалеет ее.

Потом Лукреция призналась, что никогда прежде не знала настоящей любви.

Они в сотый раз повторяли друг другу, как велика их любовь. После обеда они вновь пошли гулять парами по зеленым лабиринтам виллы Альдобрандини.

Казанова потом написал: «Бессознательное желание привело нас в уединенное место». Посреди широкой лужайки за густыми кустами трава росла так высоко, что в ней легко было спрятаться. Они укрылись в траве и безмолвно освободили друг друга от всех покровов.

– Ты думаешь, твой муж не догадается, где ты? – спросил Казанова.

– Если он сразу ни о чем не догадался, то почему догадается сегодня?

– Мне кажется, что здесь нам ничто не угрожает…

Их тела были влажными и расслабленными. Они лежали рядом и говорили о вещах, важных для них обоих: о детстве, которое Лукреция провела в Неаполе, а Казанова – в Венеции, о том, каким ненужным он всегда чувствовал себя дома, как многого он хотел бы добиться в этой жизни.

Он любил ее, это происходило в Риме, в вечной зелени садов Людовизи и Альдобрандини. «О, какие нежные воспоминания соединены для меня с этими местами!», – писал потом Казанова.

– Посмотри, посмотри, – воскликнула вдруг Лукреция, – разве не говорила я тебе, что наши добрые гении оберегают нас. Ах, как она на нас глядит! Ее взгляд хочет нас успокоить. Посмотри, это самое таинственное, что есть в природе. Полюбуйся же на нее, наверное, это твой или мой добрый гений.

Сначала Казанове показалось, что она бредит.

– О чем ты говоришь, я тебя не понимаю, на что я должен посмотреть?

– Разве ты не видишь эту красивую змейку с блестящей кожей?

Казанова взглянул туда, куда она показывала, и увидел большую змею длиною в локоть, которая в упор смотрела на них, готовая, в случае чего, к смертельному броску.

Они тихо встали, оделись и, стараясь не делать резких движений, ретировались.