10 женщин Наполеона. Завоеватель сердец

Отметим, что в этом решении ее еще более укрепила взбучка, которую ей устроил всесильный в то время Баррас, к которому накануне в полном отчаянии прибежал военный министр Карно и объявил, что если Жозефина тотчас не отправится в Италию, то генерал Бонапарт грозится бросить Итальянскую армию и возвратиться в Париж.

* * *

В результате после обеда с Баррасом в Люксембургском дворце Жозефина все же села в экипаж, чтобы отправиться наконец к своему мужу. Она выехала из Парижа в сопровождении целой группы людей, которая включала Жюно и брата Наполеона, Жозефа Бонапарта.

Ехала Жозефина с большой неохотой и вся в слезах. Конечно же, ей совершенно не хотелось покидать ее милый и веселый Париж. Но среди ее спутников тут же нашелся тот, кто сумел развеять ее печальное настроение. Этим человеком оказался молодой гусарский офицер Ипполит Шарль – адъютант генерала Леклерка. Как-то незаметно он сначала оказался в одной карете с Жозефиной, а вскоре полностью завладел ее вниманием.

Этот все более и более явный флирт Жозефины с красавцем гусаром происходил на глазах Жюно и всех остальных.

* * *

Таким вот образом Жозефина прибыла в Милан. Но Наполеона в Милане не оказалось: все-таки шли военные действия, и они задержали его в Вероне.

Из Милана Жозефина, разлученная со своим любовником, переехала сначала в Брешию, а затем в Верону…

Наконец, они встретились, и Наполеон был счастлив. А вскоре Жозефина объявила, что возвращается в Париж. И там ее приезд стал триумфом. Толпы народа с восторгом приветствовали «спутницу жизни великого героя, чьи подвиги были достойны победителей античных времен». Повсюду стреляли из пушек, трубили в трубы, дети кидали в воздух цветы, поэты читали стихи. Креолка принимала все эти почести, но сама думала совершенно о другом: она торопилась найти своего дорогого Ипполита Шарля.

Он, кстати, тоже в это время уже вернулся в Париж.

* * *

А затем генерал Бонапарт, окончательно сокрушив австрийцев, подписал с ними мир в Кампо-Формио и 5 декабря 1797 года тоже вернулся в Париж.

В Париже он тут же поехал на улицу Шантрен, специально переименованную в улицу Победы, чтобы обнять свою жену. Но дом, понятное дело, оказался пустым.