Курсантский дневник (сборник)

Тем караул, тому досталась кухня,

А те разбросаны уже по корпусам.

И все мечты, как дом песчаный, рухнут.

И понял ты, что уж совсем устал.

Но ты не нытик, принял ты присягу.

И прежде чем что-либо, ты – солдат.

И должен ты найти в себе отвагу,

Чтоб в карауле Новый год встречать.

Гордись, тебе доверила Россия

Охрану праздника и радость всей земли.

Есть на земле пока миры иные,

И им пока что хочется войны.

И ты стоишь на страже с автоматом,

Когда все провожают старый год.

Ты должен ощущать себя солдатом,

Которому доверился народ.

30/ХII – 75

Здесь и о тебе

Когда-то шли мы вместе рядом.

Я нёс портфели и молчал,

Машины провожал печальным взглядом,

Сирени листья по пути срывал.

Мальчишкой был я, десятиклашкой,

И жизни я не понимал.

Домой ходил с разорванной рубашкой,

Из-за подстрижки иногда рыдал.

Да, был я современным парнем,

Носил «клеша», причёску «а-ля хип»,

И говорил частенько слово «бармен»,

И пил нередко крепкий джин.

Но вот ушли назад девчонки,

Портфель на автомат сменил.

Существованье беззаботного ребёнка,

Как джин, об угол здания разбил.

Я плюнул на покой бесцельной жизни.

Мне начихать на весь «хипповый» мир.

Я – часовой свободной мирной жизни,

Я – часть Вооружённых сил.

И если б снова предо мной был выбор —

Жить тихо или вечный бой, —

Я бы сказал: «В какой бы ситуации я ни был,

Лишь бой, и только – вечный выбор мой.

Я б заново копал в мороз траншеи,

Лежал в грязи, под хлёстким мок дождём.

И пусть опять кричали б ротозеи,

Что, мол, от жизни этой пропадём.

Враньё! Я на гражданке был довольно хилый,

Был грипп и насморк часто у меня,

А здесь я находил такие силы,

Что мог бы на бегу остановить коня».

И вот, живя тревогами, делами,

Мы закаляли мышц стальной булат,

Нам все лишения даны, браток, в награду,

Чтоб крепче ты сжимал свой автомат.

Пусть там орут «свободные Европы»,

Давя на молодёжь моей страны,

Но я уверен, если надо, она сможет

С Корчагиным прокладывать пути.

Она, как Зоя, промолчит под пыткой,

Как Сашка, бросится на дот,

На эшафот она пойдёт с улыбкой,

Хоть кровью весь заполнен рот.

Вы видите, уж БАМ шагает к цели,

КамАЗ построен, Усть-Илим почти.

Так неужели шум тот оголтелый

Замедлить может твёрдые шаги?

Не верю я и верить не желаю.

Я вижу весь широкий дивный путь.