Выживший: Зима близко. Том 2

Может, даже пятьсот, – ответил всадник, но Аврон вдруг ускорился и встал перед нами:

– Лжец! – крикнул он. – Шпион! Мординский шпион!

И, если бы я не перехватил его руку, то, наверняка, ударил бы Маринека. Тот испуганно присел, но защиту выставил впереди себя профессионально.

Догадаться, что для подстраховки Маринек врет насчет населения Орстеда, было несложно, но я увлекся самим процессом получения информации. И почти все впитывал, не сортируя. А следовало бы разделять ложь и правду.

– Не шпион, вовсе нет, – оправдывался всадник.

Когда же я строго посмотрел на бывшего пленника, раздался вздох. – Да, я сказал вам неправду. У Мордина нет столько людей, сколько сейчас есть в Пакшене. Слухи такие ходят, что нас даже в ловушку заманили, сдав форт.

И выжидающе притих, полагая, что я сейчас открою ему планы, о которых сам не имел ни малейшего понятия.

– Маринек, я же не спрашиваю тебя о силах, которые вы скопили у себя. Не спрашиваю о фронте. Войсках. Мне интересен Мордин даже не столько как потенциальный победитель или проигравший в этой войне, сколько как место, где живут люди.

Люди с другим взглядом на мир. Мне мординские секреты не нужны, – я набрал воздуха побольше, и, подтолкнув Маринека, пошел вперед, к Нируде. – Ты многое и сам сообщил, еще до того, как раскрыл рот. Разве не так?

– Не так, – выпалил всадник.

– Ты пришел ко мне, хотя не знал, что у меня есть. Боялся, что тебя сварят. Или сожгут. Или еще что-нибудь с тобой сделают, потому что думал, что я – маг. Не согласился остаться у Анарея.

– Тот бы меня живьем закопал.

– Сварить – не лучше. Я предположил, что ты тоже бежишь от войны. И на виде тебе лет куда больше, чем мне, – я прищурился. – К тридцати?

– Двадцать шесть, – мрачно проговорил Маринек, понимая, что его раскусить – как гнилой орех расколоть.

– А сколько из них ты находишься на войне? – продолжал я. Дорога и без того долгой была, а в таком разговоре она становилась еще длиннее.

– Десять, – тем же тоном продолжал бывший всадник.

 – И ничего хорошего я там не увидел. Простите, я не должен был этого говорить.

– Маринек, я здесь, похоже, один из немногих, кто пытается хоть как-то остановить кровопролитие. В любом его формате. Мне жаль, что из твоего отряда выжило так мало. Мог не выжить никто.

– Могли не выжить и солдаты Пакшена, – с налетом злости проговорил Маринек.

– Могли. Если бы меня не было рядом. Думаю, с их способностью не держать оборону… А, может быть, это тоже была ловушка.