Карта Памяти

Виталик закончил военное училище, воевал в Афгане, поселился в Кингисеппе, заезжал пару раз, потом его дочь у нас жила, пока в институт поступала. Потом как-то пропал. Про Павлика ничего не знаю.

Продавцы голубей.

Турция, Стамбул, 2012

КАК Я СТАЛ ФОТОГРАФОМ

По прибытии на Кубу мы, солдаты-новобранцы, попали в трехдневный карантин. Жили в палатках. Время от времени приходили «купцы»: искали пекарей, токарей, писарей, водителей. Очередное построение. Высокий, широкой кости, старший лейтенант предложил «композиторам, художникам, певцам, фотографам и прочей художественно одаренной сволочи, которая служить не хочет», сделать три шага вперед.

Особой одаренности в себе я не чувствовал, но три шага сделал. Вышедших из строя солдат офицер отвел в сторонку и, представившись начальником клуба, стал группировать по увлечениям. Дошла очередь до меня.

– Ты кто?

– Режиссер, – сказал я самонадеянно.

– Больших и малых академических театров?

– В институте был в КВН.

– Студент?

– Так точно.

– Студентов я люблю, сам был студентом. А еще чего умеешь?

– Фотографирую немножко.

– Постой пока, – сказал старлей и приступил к опросу фотографов-профессионалов. Последние, все как один узбеки, оказались самозванцами, в чем были тут же уличены сопровождающим начклуба киномехаником Васей, задававшим соискателям один и тот же вопрос: «Что лучше – „Унибром“ или диафрагма?». Последним на Васины вопросы отвечал я и, видимо, преуспел больше прочих.

Старлей записал мою фамилию в блокнот, сказал, что ничего не обещает.

Вечером третьего дня колонной по три нас привели в бригаду и выстроили на плацу. Плац, как плац, все как в Союзе, только вместо бессмысленного лозунга «Учиться военному делу настоящим образом» написано: «Да здравствует нерушимая советско-кубинская дружба!». И еще фанерный щит с изображением двух легендарных кораблей и надписью «Шхуна „Гранма“ – младшая сестра крейсера „Аврора"». Пришел комбриг со свитой.

Дальнейшее напоминало дележ пленных.

– Рядовой Петров! ВУС № 517! – страшным голосом объявил полковник, – Кому?

Возжелавший рядового офицер свиты тут же уводил Петрова. Почти в самом конце списка:

– Рядовой Максимишин!

Из-за спины полковника вынырнул начклуба:

– Товарищ полковник, это фотограф пятого разряда.

– Рязанцев, тебе по штату сколько фотографов положено?

– Двое, товарищ полковник.

– А сколько уже есть?

– Трое.