Ленин. Спаситель и создатель

Самый верный способ оценить человека, а тем более политика – это знать полную правду о нём.

И такая правда – острая штука!

Правда об одних политиках быстро низводит их на законно положенное им место – не политиков, а политиканов, мелкой, грязной дряни, исторических карликов.

А правда о Ленине?

Скажу сразу, что полная правда о нём неопровержимо и непоколебимо делает его титаном духа и мысли, вечным спутником и собеседником всех людей с горячим сердцем, холодным умом и чистыми руками.

В приступе социальной паранойи Украина свергает памятники Ленину и тем программирует свою всё более грозную трагедию. Но Ленин достоин всех тех пьедесталов, на которых он стоит и сегодня на сотнях площадей в больших и малых городах.

Ленин достоин и большего – он достоин понимания. Поняв Ленина, суть его натуры и его судьбы, мы лучше поймём себя… Поэт Владимир Маяковский написал о нём: «Он – как вы и я, совсем такой же… Только, может быть, у самых глаз мысли больше нашего морщинят кожей, да насмешливей и твёрже губы, чем у нас…» Но как много людей сегодня не согласятся с этой оценкой! Они уверены, что они намного лучше, человечнее и даже умнее Ленина – ведь такая высокоучёная организация, как Российская академия наук, сообщила «дорогим россиянам», что Ленин повёл-де Россию по ошибочному пути, и завёл её в тупик.

Дай Бог такого «тупика» нынешней России!

Тот, кто решит, что название этой книги – намёк на библейскую символику, не будет совсем неправ… Но если библейский бог, единый в трёх лицах, предстаёт на страницах Библии вначале как бог Саваоф – Творец мира, а затем как богочеловек Иисус Христос – Спаситель человечества, то человек Ленин сыграл двуединую роль в истории России и мира в обратном порядке.

Вначале Ленин стал Спасителем России. В начале ХХ века Ленин спас Россию от хаоса, в который она погружалась после всех провалов царизма и Временного правительства.

Эту спасительную роль Ленина – пусть и с опозданием, пусть и сквозь зубы, признал даже великий князь Александр Михайлович, дядя императора Николая Второго («дядя Сандро»).