Берия. Лучший менеджер XX века

«Созданная «органами» атмосфера всеобщей слежки и доносительства» – это на совести (если она у него есть) Костырченко… На таком, скажем, сверхрежимном «объекте», как атомное КБ-11 в Сарове, ничего подобного не было – там царила атмосфера деловой сосредоточенности, хотя разгильдяйство, конечно, не поощрялось.

А вот насчет «круговой поруки» – это уже интересно! В словаре Морица Ильича Михельсона «Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. Сборник образных слов и иносказаний» в статье 702 «Круговая порука» приведена уместная здесь цитата из «Дневника провинциала в Петербурге» Салтыкова-Щедрина:

«Какимъ образомъ создалась эта круговая порука снисходительности – я объяснить не берусь, но что порука эта была некогда очень крепка – это подтвердить каждый провинциаль».

Г. Костырченко – не провинциал, но вот же – тоже подтверждает, что порука профессорствующих прохиндеев в Кремлевке была крепка, и в итоге Тимашук заставили переписать заключение в соответствии с профессорским диагнозом: «функциональное расстройство на почве склероза и гипертонической болезни».

Начальник Лечсанупра Кремля профессор Егоров 28 августа 1948 года записал в истории болезни: «Рекомендовано… увеличить движение, с 1 сентября разрешить поездки на машине, 9 сентября решить вопрос о поездке в Москву».

Но Жданова увезли в Москву раньше, потому что 31 августа он умер.

Врачебная ошибка – вещь страшная, но возможная для любого врача… Однако в данном-то случае все было вполне прозрачным – инфаркт кардиограмма показывала уверенно! Да и как можно было барски пренебречь заключением опытного профессионала Тимашук, которая не занимала, как Виноградов и иже с ним, вереницы прибыльных должностей, зато всю жизнь занималась своим прямым делом – лечила людей?!

Тимашук обратилась с письмом к начальнику Главного управления охраны МТБ Власику.

Для всей этой «теплой» компании Тимашук действительно была опасна, как опасен для негодяев любой честный человек. И Егорова поддержали Виноградов, Майоров, патологоанатом Кремлевской больницы Федоров, профессор Василенко.

Виноградов тогда еще пользовался полным доверием Сталина (он «лечил» и его, и других членов Политбюро, сопровождал Сталина в 1943 году в Тегеран), и письмо Тимашук тогда удалось замять. Виноградов заявил министру здравоохранения СССР Е.