Тихая моя родина

А как-то один современный православный священник сказал: «Благодать идёт на бороду». У него была замечательная борода, и не надо сомневаться, что с её помощью он уловил не мало благодати, хотя не всем так повезло. Боюсь, тут проявляются некоторые не лучшие черты религиозности русского народа, а у раскольников они лишь более ярко выражены и доведены до крайнего абсурда.

B Грязовецком уезде

H.C.: Чем занять свой досуг религиозным и благочестивым жителям деревни и куда идти в воскресный вечер? Жажда слышать от божественного, жития святых мучеников и преподобных влечет их к грамотным старообрядцам, а те, ищущие случая показать свою набожность, с охотою берутся за книгу, приучая к чтению своих посетителей.

Рассказы о жизни подвижников раздувают томящееся в душе русского человека стремление к аскетизму, к подвигу и, благодаря постоянным столкновениям со старообрядцами, это стремление ищет осуществление в расколе, как вере, по установившемуся мнению, более строгой.

С.

К.: Иногда начинает казаться, что тот мир был такой же, как наш, и вдруг понимаешь, что он был гораздо религиознее нашего.

Н.С.: Диакон Нуромской церкви Владимир Попов по воскресным дням вечером посещает деревню и там читает жития святых и беседует о вере с собравшимся народом.

Одна раскольница из деревни Небоса является на беседы с заранее намеченными вопросами.

С.К.: Это ли не главная радость миссионера: встретить человека, имеющего вопросы, да ещё и готового выслушать ответы.

Но это редко.

H.C.: Александр – старик, возбуждающий к себе сожаление и бедностью умственною, и тщедушностью физическою. В предметах веры он не сведущ. Настоятельствует Александр, пo его словам, благодаря просьбам своей братии. «Просили. Нужно же кому-то править духовное дело». Крестить и исповедовать он, простец, не смущается, потому что «нет теперь нигде архиереев и попов». О том, куда делись архиереи, наставник не задумывается.

С.К.: Как бы не заблуждались эти порою довольно убогие люди, но они не могли и не хотели жить без веры.

H.C.: В деревне Прокудино я заходил к другому грамотному раскольнику, Купцову, который, веря, что теперь горькоплачевное время, нет пастырей, нет Св. Тела и Крови Христовой, нет брака, живет одиноко в своей келье.

C.K.: Разве не берет за душу эта трагедия религиозного одиночества? Человек в большой духовной беде, но сам характер беды вызывает к нему уважение.

H.C.