Случайный солдат. Книги 1–3

Я кивнул, девушка ушла в ванную, давая мне возможность спокойно переодеться. Облачившись в уже привычную одежду, я обнаружил под одеждой «викинг» с полным набором патронов. Стандартная одежда, одно и то же оружие – я просто Джеймс Бонд.

Выглянул в окно, чуть сдвинув занавеску в сторону. Довольно высоко. Балкона нет. Вдалеке виднеются плотно стоящие друг к другу дома, город раскинулся почти до самого горизонта. Увлекательное зрелище. Я проследил глазами несколько улиц, затем сел обратно на кровать. Ничего не делается просто так – даже выбор отеля должен быть разумным.

– Почему мы заселились именно сюда? – поинтересовался я. – Ведь это же не случайность.

– Нет. До этой гостиницы отследили Владимира. Здесь он снял несколько номеров. Судя по всему, охраны у него здесь предостаточно.

– Бьем в самое сердце?

– Вроде того.

– А как же конспирация?

– Маленькое представление. Вчера же была пятница, немного перебрал, несли почти на руках. Немного чаевых девушке за стойкой, и она отдала ключ без лишних слов.

– Я даже и не знал, что мне было настолько весело вчера, – сыронизировал я. – Владимир снизу или сверху?

– Он на втором этаже. Мы на восьмом. Сделали все, чтобы избежать подозрений. Немного поругались, пошумели. В общем, обычное возвращение с гулянки.

– За последние несколько минут ты произнесла больше слов, чем за все время, что я тебя знаю, – я прищурился и с притворным подозрением посмотрел на Лену. – Что с тобой?

– Со мной? Все в порядке.

– Нервы? – Я вытащил из тумбочки небольшую пластиковую бутыль объемом примерно на пол-литра и почти залпом выпил ее содержимое. Слегка сладковатое, но с горьким послевкусием.

– Немного. Просто я не могу поверить, что за всем этим стоит Владимир. Мы с ним были вместе с детства, ходили в одну школу, были в одном классе. Мы были очень похожи. Я даже не думала о том, что он может оказаться предателем.

Девушка говорила с чувством, с вызовом, а я слушал и представлял, как тесные родственные связи, близость между родственниками, которая иногда сохраняется и после смерти одного из них, трещит по швам и рвется из-за неправильного поступка.