Случайный солдат. Книги 1–3

– В подвале вижу только один источник тепла, – сказала девушка. – Он там один.

– Сомневаюсь, – ответил капитан, поворачивая ручку на калитке, – рядом наверняка кто-то есть.

Пока они занимались делом, я озирался по сторонам, затем взглянул на часы, которые, по заверению их изобретателя, были очень и очень функциональными, а по факту мне не удалось ничего с ними сделать, кроме как проверить время. Я постучал по циферблату, коснулся рамки вокруг стекла и мне показалось, что она слегка покачнулась. Дернул в сторону вертушок, прокрутил рамку – она сделала полный оборот и встала на место.

– Хватит ковырять свои часы, идем, – позвал капитан громким шепотом.

Дверь в коттедж мы вскрыли точно таким же образом и проникли внутрь. Все полы были покрыты коврами, заглушавшими любой звук. Мебель накрыта тонкой тканью – все, как полагается у хороших хозяев. Здесь определенно жили педантичные люди: идеально симметричное расположение вещей, полные комплекты мебели. Мы обошли первый этаж в поисках двери в подвал.

Внизу горел свет. Под одинокой лампочкой на стуле сидел человек с видео. Та же одежда, те же волосы. Мы втроем спустились и встали перед человеком. Он был связан.

– Володя, – тихо произнесла Лена. Парень поднял голову и посмотрел через прищуренные веки. Под одним глазом виднелся большой синяк. – Его нужно развязать! – Воскликнула девушка и сама же бросилась развязывать руки, скрученные грубой веревкой.

Со стоном парень поднялся со стула. Согнутый, он оперся на свою сестру. Я посмотрел на капитана с недоверием.

– Это он, – подтвердил Борисов. – Надо выводить его отсюда, пока никого нет.

Я подошел с противоположной стороны, чтобы поддержать Владимира, и он почти всем весом оперся на мое плечо. Дошел бы он до машины такими темпами. Я сделал шаг вперед, но парень не собирался двигаться: он вцепился пальцами в мое плечо так сильно, словно собирался оторвать его, потом повернулся к сестре:

– Ты помнишь, что я говорил тебе про него? – прохрипел он.

Лена чуть отстранилась, потянувшись к своему пистолету. Ее лицо выражало скорее беспокойство, чем иные эмоции, поэтому я не сомневался, что она ничего не сделает. Капитан сразу же подошел к нам:

– Никаких пререканий, пока не доберемся до части. Надо выдвигаться.