Последний рыцарь империи

– Согласен… – сказал Павел и продолжил: – Брата я потерял, когда он пошел за кипятком и отстал от поезда, а потом, уже позже, узнал, что он умер от голода, который был тогда на Украине.

– Сколько же тебе тогда годков стукнуло? – уточняла Эмма.

– Выходит, что одиннадцать…

– Придется тебе тогда, любовь моя, в детском доме оказаться, – предложила жена.

– Не против… За свое усердие и хорошее поведение в возрасте пятнадцати лет стал помощником воспитателя и работал в детском доме города Умани до его закрытия в 1927 году.

– Получается, что до двадцати лет… И что потом?

– После закрытия детского дома, я подался в Харьков, где меня приняли на работу уже воспитателем детского дома. Там директор был украинцем…

– Хорошо, уточним, что он был украинским националистом, – добавила Эмма.

– Точно. Он же и мне помог поступить в Институт народного образования…

– Надо же, оказывается, как много я еще про тебя не знала… – писала Эмма улыбаясь.

– Не отвлекайтесь, барышня. В 1934 году после окончания института я был принят учителем в среднюю школу города Харькова.

– У этой школы номер есть?

– Да, № 29, мы там в свое время склад с оружием обнаружили.

– И что дальше?

– Вернувшись после учебы, я снова восстановил свои доверительные отношения с директором детского дома. И вскоре по его рекомендации был готов нелегально выехать за кордон для прохождения там теоретического и практического курса борьбы с советской властью. Ну, как тебе?

– Думаю, что с поставленной задачей мы справились.

– Эмма, возможно, что меня завтра отправят в тюрьму, мы же потом с тобой уже можем и…

– Что можем? Не увидимся? Коммунист Судоплатов, как вам такие мысли в голову могут приходить? В ближайшее время предстоит выполнение важного государственного задания, а вы…

– Эмма… – еще раз повторил Павел, глядя на жену так, словно уже видит ее в последний раз.

– Павел Анатольевич… – сказала Эмма улыбаясь. – Я же вам сказала, что сейчас все аккуратно перепишу и… так уж и быть, приду к вам, только не засните там раньше времени.

Ликующий Павел, поцеловав жену в щечку, ушел в спальню, а Эмма стала переписывать легенду для украинского националиста Павла Анатольевича Яценко.

ОГПУ. Кабинет Менжинского

В понедельник утром в кабинете Менжинского снова встретились Слуцкий и Судоплатов. Рудольф Вячеславович внимательно читал составленную накануне легенду. Но вот он отложил листок в сторону.