Похоть Inc.

Людьми, как стадом, управлять проще. Особенно если тебя принимают за демона.

– Так, быть может, все так оно и было? Вся эта еретическая хрень? Образы и прочее: кто-то из ваших воспользовался чьими-то страхами, приделал себе рога и крылья, чтобы казаться страшнее – и вот уже мы любуемся горгульями на католических соборах.

– Может быть. Ты сюда болтать пришел?

– Действовать! Учи, Тони!

– Я вроде бы как основные правила тебе объяснил.

– Правила? Но как действовать? Я отлично понимаю, что происходит при нагревании, но как нагреть – не понимаю.

– Выйди за пределы разума. В переносном смысле, разумеется, – уточнил Тони. – Перестань мыслить человеческими категориями. И ты увидишь, как все просто.

– Легко тебе говорить, – я взял в руки овальный камушек, едва ли больше пятирублевой монеты и почти такой же плоский. – И вот его надо нагреть. Грейся, сука! – прикрикну я на него. Впрочем, безрезультатно. Только Тони посмеялся:

– Так точно не сработает. Вспомни про свой скотч.

– Он как будто начал плавиться, когда в нем отражалась вспышка от фотоаппарата, – ответил я.

– Вот видишь. Представь и спроецируй. То, что ты сопротивлялся Вике, уже говорит в пользу тебя. Ты можешь. Убери все рамки, все, что тебя ограничивает. Можешь даже представить, что вот эта галька у тебя в руке – черная дыра.

– А так можно? – удивился я.

– Тебе просто не хватит сил превратить ее в черную дыру, так что смело представляй, – отмахнулся компаньон и тоже взял камушек. – Смотри, для простоты показываю, как надо делать.

Он положил гальку на раскрытую ладонь. Камень начал светиться – сперва робко, как разгорающийся костерок дает слабый свет, а потом ярче, отливая красным.

Тони зашипел и отдернул руку, а камушек тут же упал на берег, продолжая светиться и постепенно затухая, но приковав все мое внимание.

– Как-то так, – прокомментировал Тони.

– Так ничего непонятно.

– Ты смотришь, но не видишь.

– А ты не говори, как индеец из вестерна, – я тоже раскрыл ладонь и уставился на камень: – Смотришь, видишь, фу-ух… – и зажмурился.

Камушек в ладони. Галька. Кусок булыжника, давно отколотый ветром, льдом или другим булыжником, а затем упавший в воду, которая омывала его до тех пор, пока он не сточился до почти идеального круга.

Или это и не галька вовсе. Кусочек вещества. Такого же, как и все остальное. Мягкого и податливого, как хорошо разогретый пластилин. Разогретого… Так же, как и галька в руках у Тони. Все легко, вот же оно, тепло, внутри.