«Царское дело» Н.А. Соколова и «Le prince de l'ombre». Книга 2

Несомненно, что один из важных выводов следствия, заключавшийся, по словам А. Ирина, в том, что «главными убийцами Царя были евреи», как нельзя лучше соответствовал интересам Форда.

Таким образом, всё дело отнюдь не сводилось к скончавшемуся еще в 1920 г. пресловутому банкиру Джейкобу Шиффу, о чем иногда пишут, впрочем, как и к любому другому конкретному лицу.

В связи с этим последним обстоятельством, один из занимающихся исследованием схожих проблем посетителей моего ЖЖ (Az Nevtelen), пусть и играя явно «на понижение», дал Шиффу забавную, но не лишенную всё же определенного интереса характеристику: «он был типом наподобие покойного Березовского: жадный, невероятный болтун и фантазер».

Возвращаясь же к Форду и Соколову, резюмируем: ценность для промышленника следователя заключалась не только в выводах, к которым он пришел, но также в его статусе, получившего официальное назначение лица, добытых им материалах и возможности, используя все эти преимущества, дачи им на предполагавшемся процессе непосредственных свидетельских показаний.

Борис Львович Бразоль

Одним из тех, кто, скорее всего, обратил внимание Генри Форда на Н.А. Соколова, был тесно сотрудничавший с американским промышленником русский эмигрант Борис Львович Бразоль (1885–1963). В это время он работал в издававшейся Фордом газете «The Dearborn Independent», а также был одним из инициаторов публикации там «Протоколов сионских мудрецов».

Вот как описывает это предложение очевидец – автор статьи «На могиле Н.А. Соколова», укрывшийся за псевдонимом А. Ирин, исходя из дальнейшего повествования, тесно связанный с Б.Л. Бразолем.

«Историю поездки Соколова к Форду, – пишет он, – можно изложить в двух словах.

В прошлом году, приблизительно в это время [статья А. Ирина написана была после кончины следователя, последовавшей 23 ноября 1924 г., вышла же она в середине декабря.

Дело, как известно, заключалось в том, что евреи были оскорблены утверждениями Форда, что главными убийцами Царя были евреи. Форд поэтому был очень заинтересован в сущности соколовской работы и изъявил желание лично расспросить его о результатах следствия.