ОбрАДно в СССР

Осквернению подвергались не только немецкие кладбища, но и погосты советских солдат, так как их хоронили при помощи фашистов.

«…– Значится так, Витюха! Слушай сюда! Иногда покойничков, было дело, даже скармливали полковым свиньям! Я сам видал раз, как во-от такая ЖИРНАЯ СВИНЬЯ глодала свежевскопанную мертвечину и рылом своим ЧМОКАЛА! Её, свинью-то эту, потом на седьмое ноября вся рота мотопехоты ЖРАЛА!..»

В этот момент от страха один малыш описался, а девочка стала плакать. Видя благодарную реакцию, Самовар продолжил дальше.

«…– Как-то раз уселся я на экскаватор и принялся общую могилу разрывать. Занёс ковш – как копну, да ка-ак брошу, как копну, да как опять брошу. Один раз так копнул, что дохлый фриц из ковша вдруг как полетит, да как грохнется на меня – прямо будто придушить меня задумал. Только я вовремя руку поставил. Фриц-то этот уже, считай, сгнил, изо рта вонища, зубы как у волчары, а из глаз ДВЕ ЗМЕИ БОЛОТНЫЕ ТОРЧАТ И ЯДОМ ЖАЛЯТ! – Он театрально повернулся к детям, вытянул громадные кулачища с грязными ногтями и дико заорал:

– А когти у него длинные, как сабли! ЧТОБЫ ВСЕХ ВАС РВАТЬ! Аааа!!!»

– Аааа! – Дети бешено заорали, попадали в обморок и тут же обоссались.

Я тоже до смерти испугался, мои волосы встали дыбом, и я чуть не лишился чувств. Мне показалось, что сам дьявол вселился в Самовара, и он безжалостно разорвёт меня и Лёху Сухарева на части, а потом съест живьём… От обмороков и обоссывания нас спас мужик Витёк:

– Самовар, хорош тормозить, давай-ка ещё по третьей наливай!

Самовар ехидно улыбнулся и самодовольно разлил водяру.

Выпил, закусил огурцом, после чего продолжил свою телегу.

«…– Когда меня под Варшавой «Дора» шандарахнула, тот фриц каждую ночь в госпитале во сне являться стал, душить меня приходил. Сперва вцепится когтями в горло, а потом давай змеями череп сверлить. А потом МОЗГИ ПИЛ И ДУШИЛ! – …» Коля картинно обернулся ко мне и Лёхе, вытянул громадные лапы, схватил себя за шею и бешено в алкоголическом угаре заорал:

«– …Вцепится когтями в горло, а потом МОЗГИ ПИЛ И ДУШИЛ! Вот, смотрите, шрамы до сих пор остались! Вот они, смотрите, засранцы! ШРАМЫ от его КОГТЕЙ! – …»

Я снова до смерти испугался, мои волосы опять встали дыбом, и я чуть не грохнулся в обморок.

На этот раз от обморока и обыссывания нас спасло чудо.

– Вот! Вот, смотрите! Вцепился когтями в горло, а потом МОЗГИ ПИЛ и ДУШИЛ! Он вошёл в бешеную истерику, пена полезла изо рта, он нелепо дёрнулся и ебанулся со скамейки.